Преследования баптистов (1980, 18-9)

N 18 – 30 сентября 1980

Продолжаются аресты членов церкви ЕХБ.

8 июля 1980 в Ворошиловграде арестован Василий Голуб (р. 1930), а 19 июля на вокзале в Харькове – Александр Донченко (р. 1960). При личном обыске у него были найдены “Бюллетени совета родственников узников ЕХБ”. 20 июля при обыске на его квартире в Харькове снова были изъяты “Бюллетени”.

20 июля в Ужгороде арестовали Виктора Бурдейного, а 27 июля в Черновцах Владимира Бессонова (р. 1946) и Ивана Церра (р. 1950), а 18 августа в Херсоне Николая Климошенко (р. 1937) и Георгия Арнаутова. 30 августа арестован руководитель общины ЕХБ в с.Ново-Сынжерея МолдССР Иван Захарович Осельский (р. 1939). В последнее время арестованы также Анатолий Кирилюк (Ворошиловград), братья Шкаровские (Полтава), руководитель общины ЕХБ в Краснодаре. В МолдССР арестован Василий Таска. Следствие по его делу ведет следователь Цуркан.

***

18 августа 1980 суд в г.Черкассы приговорил Н.Батурина [1979, 22-13) к 5 г.лагерей строгого режима с конфискацией имущества. Ему вменялось в вину участие в работе издательства “Христианин”. В тот же день в г.Львове прошел процесс по делу В. и П.Рытиковых и Г.Вильчинской [1979, 2-16 и ранее). П.Рытиков приговорен к 3 г. лагерей строгого режима, В.Рытиков и Г.Вильчинская – к 3 г. лагерей общего режима. Суд над Н.Кабышем и К.Смирнским [1980, 3-3) также проходил в тот же день, но в Днепропетровске. Н.Кабыш приговорен к 3 г. лагерей строгого режима, а К.Смирнский – к 3 г. лишения свободы условно. В августе же судили печатников издательства “Христианин” из с.Старые Кодаки [1980, 3-3). С.Бублик, Т.Быстрова, Г.Юдинцева и Л.Косачевич приговорены к 3 г. лагерей общего режима каждый.

18 августа 1980 в г.Орджоникидзе прошли обыски в домах 5 баптистов, а 26 августа в г.Ворошиловграде состоялось 9 обысков.

Преследования участниц женского движения (1980, 18-8)

N 18 – 30 сентября 1980

24 сентября 1980 в Ленинграде прошли обыски у двух членов женского клуба “Мария” Софьи Соколовой и Людмилы Дмитриевой. У Соколовой при обыске была взломана дверь. У нее изъяты ее рукописи, женские журналы, книги на иностранных языках. У Дмитриевой – религиозная литература, материалы по женскому движению, пишущая машинка и др. Обе они были доставлены в тот же день на допрос. Обыск в тот же день прошел также у члена СМОТ Альбины Якоревой (“по месту ее фактического проживания” в квартире Н.Лесниченко).

В тот же день была арестована член клуба “Мария” Наталья Михайловна Лазарева [1980, 17-25]. Ей предъявлено обвинение по ст.190-1 УК РСФСР (дело N 20674, следователь Носов). Н.Лазарева (р. 1947) – театральный режиссер, последнее время была вынуждена работать в кочегарке. Родных у нее нет.

По делу Н.Лазаревой были допрошены члены клуба “Мария” Галина Григорьеа (в 1980,17-25 ошибка в имени), Виктор Дмитриев, муж Л.Дмитриевой, А.Якорева, С.Соколова (она отказалась отвечать), а также соседи Н.Лазаревой по квартире.

Арест Александра Шатравки (1980, 18-7)

N 18 – 30 сентября 1980

12 сентября 1980 на ст.Полярный Круг (Карельская АССР) тремя дружинниками задержан Александр Иванович Шатравка, Задержанием руководил А.Г.Анисимов. В комнате привокзального опорного пункта Шатравка был подвергнут допросу, а когда Анисимов вышел, двое оставшихся избили Шатравку ломом. У Шатравки был сломана левая рука, нанесен ряд других серьезных травм. Избиение прекратили железнодорожники, которые затем посадили Шатравку в поезд и привезли в больницу г.Кандалакши. Сотрудники местного ОВД не приняли от Шатравки заявление о возбуждении уголовного дела уголовного дела против дружинников.

В больницу к А.Шатравке приходил сотрудник КГБ, спрашивал, не собирался ли он бежать за границу. 17 сентября А.Шатравку перевели в Мурманскую ОПБ, в 5 отделение (г.Апатиты-2). Его лечащий врач – Евгений Осипович Фомичев, зав. отделением Анатолий Александрович Замаев. А.Шатравку принудительно лечат (дают таблетки). Комиссия психиатров его не осматривала. 22 сентября к Шатравке вновь приходил сотрудник КГБ.

А.Шатравка родился 6 октября 1950. В 1974 пытался бежать из СССР вместе с братом Михаилом, но был выдан советским властям финскими пограничниками и до 1979 подвергался принудительному лечению в СПБ и ПБ. Он автор самиздатской книги мемуаров о своем пребывании в психбольницах.

Родители А.Шатравки живут в г.Кривой Рог (УССР).

Арест Ирины Гривниной (1980, 18-6)

N 18 – 30 сентября 1980

16 сентября 1980 у себя дома в Москве была арестована инженер-программист Ирина Владимировна Гривнина, член Рабочей комиссии по расследованию использованию психиатрии в политических целях. Ей предъявлено обвинение по ст.190-1 УК РСФСР.

Аресту предшествовал обыск 12 сентября 1980 по делу N 49609/15-80 (дело Л.Терновского, ранее имело N 50633/50-79), который по поручению следователя Пономарева проводил следователь прокуратуры Дэержинского р-на г.Москвы Жабин с санкции прокурора Колоскова. Изъяты 2 Библии, 2 магнитофона, фотоаппарат, пишущая машинка, ксерокопии статей из зарубежных газет, письма в защиту заключенных, Декларация Прав Человека, отрывочные материалы Рабочей комиссии. В конце обыска к И.Гривниной пришел Виктор Бахмин. У него из портфеля был изъят комплект бюллетеня “Вести из СССР” и составленная по нему картотека, тексты экспертиз, проведенных А.Корягиным [1980, 17-6, там неточность в фамилии), материалы Рабочей комиссии. И.Гривнина заявила, что изъятые материалы принадлежат комиссии и принесены по ее, Гривниной, просьбе.

В день ареста обыск был повторен, на этот раз по ее собственному делу (N 49622/41-80). Обыск проводил следователь по этому делу Игорь Анатольевич Кудрявцев (прокуратура Дзержинского р-на г.Москвы, тел.280-98-34). В протоколе обыска 17 пунктов: несколько бюллетеней Рабочей комиссии, письмо А.Хромовой в Комитет защиты братьев Подрабинеков, ряд случайных бумаг. И.Гривнина была помещена в Бутырскую тюрьму.

У И.Гривниной (р. 10 августа1945) – муж Владимир Иванович Неплехович и дочь Мария (р. 19 марта 1972). Они живут по адресу: 129164, Москва, ул.Новоалексеевская, 5, кв. 66.

19 сентября 1980 по делу И.Гривниной прошли несколько обысков. У В.Кувакина обыск проводил следователь Воробьев. В протоколе обыска 39 пунктов. Изъяты пишущая машинка, 1200 машинописных и 900 рукописных листов, книги и журналы. В числе изъятого – статьи и письма самого Кувакина, материалы СМОТ, Декларация Прав Человека, конвенции МОТ и др. У А.Найденович в протоколе обыска 14 пунктов, почти исключительно адреса знакомых. А.Найденович отказалась открыть дверь, и она была взломана. Прошли обыски у П.А.Подрабинека (по месту жительства и по месту прописки). Изъяты 20 книг советских издательств с библиотечными штампами, рукописи и заметки П.Подрабинека, письма, фотографии. Обыск у Ильи Бурмистровича проходил с 2 час. дня до 3 час. ночи. Изъято огромное количество материала (протокол обыска – 14 страниц сплошного текста без нумерации пунктов). В основном это изданные за рубежом книги, самиздат, личные дневники. Обыск проводил следователь Герасимов.

Суд над Виктором Сокирко (1980, 18-5)

N 18 – 30 сентября 1980

29-30 сентября 1980 в Мосгорсуде состоялся процесс В.Сокирко [1980, 2-4], обвинявшегося по ст.190-1 УК РСФСР. В.Сокирко от адвоката, назначенного судом, отказался. В.Сокирко свою вину признал частично, сказав, что не мог знать, “как используются его работы”. Он отрицал “заведомость измышлений”, но признал возможность ошибок в своих статьях. Он не давал показаний против других лиц и о методах издания журнала “Поиски”.

Свидетель В.Сорокин на большинство вопросов отказался отвечать, как не касающиеся лично его. В конце допроса его вывели из зал милиционеры “за пререкания с судьей”. Свидетель М.Яковлев практически не дал показаний. Свидетель Томачинский сказал, что читал все номера “Поисков”, но на вопрос, откуда он их брал, выразил надежду, что суд не будет заниматься “политическим сыском”. Машинистка, помогавшая Сокирко, рассказала, что примерно год назад ей позвонили из милиции и предложили написать заявление, что ей переданы на перепечатку клеветнические материалы, что она и сделала. Начальник В.Сокирко по работе очень положительно его охарактеризовал.

Суд приговорил В.Сокирко к 3 г. лишения свободы условно. В.Сокирко находится на свободе.

Суд над Львом Регельсоном (1980, 18-4)

N 18 – 30 сентября 1980

22 сентября 1980 в Мосгорсуде началось слушание дела по обвинению Л.Регельсона по ст.70 УК РСФСР. Председательствовал зам. пред. Мосгорсуда Миронов, обвинение поддерживал прокурор Чистяков, защищал Регельсона адвокат Л.Попов. Л.Регельсону инкриминировались ряд документов Христианского комитета защиты прав верующих, письмо к христианам Португалии, обращение к делегатам 5-й Ассамблеи ВСЦ в Найроби, письмо в связи с высылкой А.Солженицына и др. Книга “Трагедия русской церкви” ему не инкриминировалась.

В зале присутствовали жена Л.Регельсона, его брат, родители и его знакомая Л.Полуэктова. Проводились киносъемки процесса и его магнитофонная запись.

В качестве свидетеля был допрошен В.Капитанчук, назвавший деятельность Христианского комитета защиты прав верующих антисоветской и давший подробные показания, особенно о деятельности о.Г.Якунина. Он утвердительно ответил на вопросы судьи о передаче информации на Запад через иностранных корреспондентов Х.Смита, Р.Кайзера, К.Клоза, Д.Шиплера, Удгарда и по своей инициативе назвал еще ряд имен, в частности Н.Милетича.

Подробные показания дал В.Попков [1980, 16-1 ; 1980, 17-1]. Показания о.Г.Якунина были лишь зачитаны (объявили, что он болен). Якунин показал лишь о своей деятельности, заявив, что не интересовался и ничего не знает о деятельности Регельсона. Свидетель о.Александр Мень (Москва) дал очень уклончивые показания, сказав, что знает о деятельности Регельсона лишь по слухам. Свидетельницы Беляева и Муранова из г.Кемерово подтвердили получение от Регельсона какой-то книги. Допрошены были также Виктор Перьков и Лев Краснопевцев. Зачитывалися показания Коваленко – переводчика пресс-конференции Христианского комитета на квартире о.Д.Дудко и сотрудника Л.Регельсона Л.Прилуцкого. Оглашались протоколы обысков.

Л.Регельсон полностью признал себя виновным и выразил глубокое раскаяние. Он сказал, что “смешал религиозную деятельность с антисоветской” и “вошел в союз с такими политическими о общественными силами Запада, для которых идеалы Царства Божия чужды и безразличны”. Теперь, уверовав глубже, Л.Регельсон прекращает антисоветскую деятельность.

24 сентября 1980 суд приговорил Л.Регельсона к 5 г. лишения свободы условно и он был в зале суда освобожден из-под стражи.

Стало известно, что в период следствия о.Г.Якунин, Л.Регельсон и В.Капитанчук имели попарно очные ставки и договорились об общей линии поведения на суде, осуществленной Л.Регельсоном. Однако 24 июня 1980 о.Г.Якунин отказался от такой позиции, но просил не осуждать строго Л.Регельсона и В.Капитанчука за их поведение на суде.

Суд над Вячеславом Бахминым (1980, 18-3)

N 18 – 30 сентября 1980

22 сентября 1980 выездная сессия Мосгорсуда в помещении райнарсуда Люблинского р-на г.Москвы начала слушание дела по обвинению В.Бахмина [1980, 3-1 и далее] по ст.190-1 УК РСФСР.

Председательствовала судья Нина Байкова, обвинение поддерживала прокурор Тамара Праздникова. Адвокат Леонид Попов, вместе с которым Бахмин знакомился с делом, не участвовал в заседании (с ним не был заключен договор). Суд назначил защитником адвоката Александра Поляка. В.Бахмин заявил ему отвод, который, однако, не был принят. Ряд других ходатайств В.Бахмина также не был удовлетворен, в том числе о вызове дополнительных свидетелей (в частности, врачей из ин-та им.Сербского). После заявления ходатайств В.Бахмин перестал принимать участие в суде.

В.Бахмину инкриминировалось составление “Информационных бюллетеней” Рабочей комиссии по расследованию использования психиатрии в политических целях NN 1-21 и распространение “Архипелага ГУЛаг”. Всего в обвинительном заключении 17 эпизодов (в их числе – публикации в Бюллетенях материалов о А.Чеканавичюсе, А.Кузькине и др.)

В качестве свидетелей были допрошены 12 психиатров, в том числе зав.отделением ПБ N 4 г.Москвы Д.Я.Гофман, врач ПБ г.Абрамцево Московской обл. О.И.Клещевников [1978, 4-10], гор. психиатр г.Долина Ивано-Франковской обл. Обухова, врач ПНД N 3 г.Москвы Л.П.Кольцова, М.У.Пискунов (Черняховская СПБ), а также врачи из Казанской и Минской СПБ, Красноярской ПБ и др. Показания еще двух психиатров зачитывались. Был допрошен также надзиратель (“контролер”) одной из СПБ.

В числе других свидетелей – жена и брат В.Бахмина, отец политссыльного В.Коновалихина, супруги Борис и Марина Румшиские. Б.Румшиский перед дачей показаний преподнес В.Бахмину цветы, поздравив с наступающим днем рождения. Были также зачитаны показания знакомого Бахмина – Ноткина и некоего Соколова (по факту “распространения” “Архипелага ГУЛаг”).

Был зачитан ряд материалов экспертиз, а также Комиссии Всесоюзного общества невропатологов и психиатров [1978, 2-3], которую в суде называли “Комиссией по расследованию деятельности А.Волошановича”. В суде утверждалось также, что А.Волошанович, бывший врач-консультант Рабочей комиссии не психиатр, а нарколог.

Адвокат А.Поляк потребовал оправдания В.Бахмина. Последнее слово В.Бахмина длилось 45 мин. Он отметил необъективность следствия, опроверг ряд эпизодов. Он отметил также, что в суде все время говорилось о том, что Бахмин, якобы, утверждал, что в ПБ помещают по политическим мотивам только здоровых людей, тогда как на самом деле Комиссия всегда говорила о нарушениях “Инструкции” по госпитализации психически больных. В.Бахмин отрицал заведомость возможных ошибок в “Бюллетенях”. В заключение Бахмин сказал, обращаясь к судьям, что “их детям будет стыдно за этот суд”.

24 сентября 1980 был вынесен приговор. Суд удовлетворил требование прокурора: 3 г. лагерей общего режима.

Суд над И.Дядькиным и С.Горбачевым (1980, 18-2)

N 18 – 30 сентября 1980

16-18 сентября 1980 в Калининском горсуде слушалось дело И.Дядькина [1980, 8-3] и С.Горбачева [1980, 11-13]. Председательствовала судья А.Н.Киселева, обвинение поддерживал прокурор Сухоруков, адвокаты – Гущина и Князева. Обвинение предъявлено по ст.190-1 УК РСФСР.

И.Дядькину инкриминируется “клевета” в устной форме, авторство брошюры “Статисты” и статьи “О количестве донцов, погибших в 1917-1920” (обе о потерях народонаселения в СССР), статьи “Контакт с КГБ как психосоциологический феномен” и 6 других статей и писем, в том числе ему не принадлежащих (например, статьи И.Шафаревича “Арьергардные бои марксизма” ). Ему инкриминируется также распространение статьи М.Бернштама. В обвинении С.Горбачева – только один эпизод – перепечатка и передача другому лицу статьи П.Ростина “Неполитические письма” (из журнала “Поиски”).

Было допрошено 14 свидетелей, в том числе сотрудники обвиняемых, члены избирательной комиссии (1979), жена и сын Дядькина, жена Горбачева. Был вызван также ряд экспертов.

И.Дядькин и С.Горбачев виновными себя не признали. Они проговорены, соответственно, к 3 и 2 г. лагерей. Суд вынес также частное определение против свидетелей В.Голицына и Л.Лозовского [1980, 8-3] за отказ от дачи показаний. Жена С.Горбачева Зоя тоже отказалась от дачи показаний, но частное определение суда в ее адрес говорит лишь о необходимости обсуждения ее поведения “общественностью”. Вынесены также частные определения в адрес Калининского обкома КПСС и Калининского университета (видимо, о “недостатках в воспитательной работе”).

Суд над А.Терляцкасом и Ю.Саснаускасом (1980, 18-1)

N 18 – 30 сентября 1980

Суд над А.Терляцкасом [1979, 21-4 и далее] и Ю.Саснаускасом [1979, 24-6 и далее], обвинявшимися по ст.68 УК ЛитССР (аналог ст.70 УК РСФСР), проходил 15-19 сентября 1980 в Верховном Суде ЛитССР.

Председательствовал зам. председателя Верховного Суда Игнотас, обвинение поддерживал зам. прокурора ЛитССР Бакучнис. А.Терляцкаса защищал адвокат Кудаба, Ю.Саснаускаса – Аперайтис. Обвинительное заключение транслировалось по радио в фойе суда, где собрались те, кто не смог попасть в зал заседаний.

Одним из свидетелей выступал бывший политзаключенный Ионас Шеркшнис, показавший, что Терляцкас предлагал ему подписать письмо о пакте Молотов-Риббентроп. Терляцкас отрицал факт подписания письма даже им самим. Из всех пунктов обвинения он признал только два – проведение одной пресс-конференции и помощь в написании письма находящейся в ПБ Пашкаускене. В ходе следствия Терляцкас вообще не давал показаний. На суде он просил о снисхождении, учитывая его возраст и семейное положение.

Саснаускас на следствии давал показания только о себе. Он отрицал клеветнический характер подписанных им документов, но признал, что они антисоветские. Он написал суду “ходатайство о помиловании” с отказом от антисоветской деятельности.

Прокурор потребовал для Терляцкаса 6 лет лагерей и 5 ссылки, для Саснаускаса соответственно 3 и 4. Суд приговорил А.Терляцкаса к 3 г. лагерей строгого режима и 5 г. ссылки, а Саснаускаса к 1,5 г. лагерей строгого режима и 5 г. ссылки. Суд вынес порицание свидетелю Андресу Тучкусу “за неуважение к суду”.

Обыски по делу Жилина (1980, 17-7)

N 17 – 15 сентября 1980

28 августа 1980 прошли обыски у жены политзаключенного Сергея Солдатова Людмилы Грюнберг в г.Таллине и у невесты политзаключенного Паруйра Айрикяна Елены Сиротенко в Москве. 30 августа прошел обыск на даче, которую снимает Л.Грюнберг под Таллином. На обоих обысках у Л.Грюнберг присутствовала А.Романова из Москвы, которую тоже обыскали. У Е.Сиротенко был изъят самиздат и “сионистская” литература. Л.Грюнберг в Таллине следователь предложил выдать все, относящееся к лагерю N 35. Грюнберг выдала письма, полученные через цензуру от Ю.Бутченко и К.Мятика, и обыск проводить не стали. На даче были изъяты три открытки, адресованные хозяину дачи, у самой Л.Грюнберг ничего изъято не было.

29 августа 1980 Грюнберг и Сиротенко были по-отдельности вызваны на допросы. Следователь сообщил Сиротенко, что ее допрашивают по делу Жилина, начальника одного из цехов в производственной зоне лагеря N 35. Жилин арестован за “превышение служебных полномочий” (ст.171 УК РСФСР). Он получал в пос. Чусовом Пермской обл. посылки от родственников политзаключенных (на обыске у него изъято 5 извещений на посылки, в том числе два от Сиротенко), затем проносил их в лагерь, где отдавал заключенному В.И.Свердлову для передачи другим (ранее от заключенных лагеря N 35 поступали сообщения, что Свердлов провокатор). Следователь Розенблюм сказал Грюнберг, что Жилин арестован за незаконную передачу писем заключенных. Допрос велся, в основном, о переписке Л.Грюнберг.