События в Грузии (1983, 13/14-2)

NN 13/14 – 31 июля 1983

В нач. июля 1983 в Тбилиси был арестован студент-историк Давид Бердзенишвили (р. 1960). По-видимому, ему предъявлено обвинение по ст. 206-1 УК ГрузССР (аналог ст.190-1 УК РСФСР). Он обвиняется в редактировании самиздатского журнала “Самрекло” (“Колокольня”), органа “Республиканской партии Грузии”. В течение последних 3 лет Д.Бердзенишвили неоднократно вызывался на допросы в КГБ.

***

11 июля 1983 в Тбилиси состоялась демонстрация, в которой приняли участие около 100 чел. Демонстранты требовали освобождения И.Церетели и П.Сагарадзе, арестованных 15 июня 1983 в Тбилиси [1983, 12-8). Около 20 чел. было задержано, но позднее освобождено. Пятеро человек были арестованы. Все они после ареста объявили голодовку.

Арестованы: историки Тамрико Чхеидзе и Зураб Цинцадзе, студенты Нана Какабадзе и Гия Чантурия и школьница Марика Багдавадзе. Т.Чхеидзе, Н.Какабадзе и М.Багдавадзе [1982, 3-9) были уже в 1982 судимы за участие в демонстрациях и приговорены к 5 г. лишения свободы условно.

Прочих участников демонстрации вызывают на допросы.

Смерть Виктора Томачинского (1983, 13/14-1)

NN 13/14 – 31 июля 1983

11 июля 1983 в Вологодской тюрьме скончался Виктор Васильевич Томачинский (р. 1945). Официальная причина смерти осложнение после воспаления легких.

Автомеханик В.Томачинский был близок к самиздатскому журналу “Поиски”. На судах над членами его редколлегии он неоднократно выступал с показаниями в защиту “Поисков”. В последние годы добивался эмиграции. Получил отказ, хотя ранее разрешение на выезд ему было обещано. Он подал в суд на КГБ, требую возмещения убытков, причиненных ему необоснованным отказом.

В дек. 1981 он был арестован за “тунеядство”, приговорен к 1 г. лагерей, но по отбытии срока не освободился. Ему было предъявлено новое обвинение по ст. 190-1 УК РСФСР. В мае 1983 он был приговорен еще к 3 г. лагерей [1983, 10-7). На суде он виновным себя не признал и заявил о намерении продолжать правозащитную деятельность.

Ранее в Вологде же скончался политзаключенный Юри Кукк (1981,6-1), правда, не в тюрьме, а в пересыльном лагере.

Дело Бориса Ромашова (1983, 12-3)

N 12 – 30 июня 1983

Борис М(ихайлович?) Ромашов был впервые арестован в 1957 и после этого неоднократно подвергался повторным арестам в лагерях по различным обвинениям. В числе этих арестов – один арест по политической ст.58-10 (по ранее действовавшему УК РСФСР). По этой статье 10 марта 1959 Б.Ромашов был осужден на 5 л. за написание критических писем в советские официальные органы.

В 1974-1978, в период пребывания в лагере ОС-34/8 в г.Ухта Коми АССР Б.Ромашов написал книгу о лагерях “Своими глазами” и пытался переправить ее за рубеж, но в 1978 рукопись этой книги была перехвачена КГБ во Владивостоке. Тогда, однако, это последствий не имело.

По освобождению 14 мая 1982 Б.Ромашов поселился в г.Выксе Горьковской обл., где был поставлен под административный надзор. В начале сентября 1982 Б.Ромашов написал более 100 листовок с требованиями отставки правительства, с размышлениями о причинах упадка экономики в СССР, с рассказами о положении в лагерях. Он направил также ряд писем в советские официальные органы. Свои паспорт и военный билет он исписал различными лозунгами.

Почти сразу же после этого, в начале сентября 1982 Б.Ромашов был арестован. Ему предъявлено обвинение по ст.70 ч.2 УК РСФСР, а также по ст. 198-2 УК РСФСР (“злостное нарушение административного надзора”). В числе предъявленных Б.Ромашову обвинений как листовки и письма, так и ранее перехваченная КГБ книга.

Следствие ведет следователь УКГБ по Горьковской обл. ст.лейт. С.Н.Козин. Б.Ромашов содержится в СИЗО г.Горький (учр. ИЗ-32/1, начальник полк. Морозов).

Суд над Алексеем Смирновым (Костериным) (1983, 11-3)

N 11 – 15 июня 1983

Стали известны подробности о деле А.Смирнова и о суде над ним (1983,9-7).

Сразу после ареста А.Смирнов был отвезен в УКГБ по Москве и Московской обл. (ул.Малая Лубянка, 6), где следователь В.Капаев предложил ему немедленно уничтожить ордер на арест, если А.Смирнов напишет все, что он знает о “Хронике текущих событий”. А.Смирнов вместо этого письменно отказался давать показания. Несмотря на отказ, его позднее в ходе следствия более 30 раз вызвали на допросы, в ходе допросов угрожали, иногда вели допрос бригадой следователей.

А.Смирнова помещали в так. наз. “пресс-хату” – камеру, где уголовники по указанию администрации избивали его (возможно, только пытались это сделать), его подвергали психиатрической экспертизе. Несмотря на это А.Смирнов в ходе следствия вообще не дал никаких показаний.

***

Суд над А.Смирновым состоялся 12-13 мая 1983. Дело рассматривал Московский городской суд в помещении Люблинского райнарсуда.

Председательствовал в суде В.Г.Романов, обвинение поддерживал прокурор А.Головин, защищала подсудимого адвокат Г.Г.Леви. Подходы к зданию суда были блокированы нарядом милиции под командой майора Червинского и дружинниками. У лиц, приходивших к суду, проверяли документы и записывали паспортные данные.

Из ходатайств, заявленных А.Смирновым в начале суда, были удовлетворены лишь ходатайства о передаче ему очков и о приобщении к делу заявления о том, что на него в ходе следствия оказывалось давление. Ходатайства о допуске в зал друзей и о вызове дополнительных свидетелей были отклонены.

А.Смирнову предъявлено обвинение по ст. 70 УК РСФСР. Конкретно его обвиняли в составлении “Хроники текущих событий N 38 и в участии в составлении других ее номеров; в составлении ряда номеров информационного бюллетеня “В” (1983,6-33); в распространении самиздата и изданной за рубежом литературы; в устных “антисоветских” высказываниях в кругу знакомых. Инкриминируемая А.Смирнове деятельность относится к 1969-1982.

В суде было допрошено несколько свидетелей. С.Стабровский, Князев, Куликов, Козлов, Вайнштейн свидетельствовали об устных высказываниях А.Смирнова. Они давали показания лишь в результате многочисленных наводящих вопросов судьи (большей частью судья зачитывал показания на предварительном следствии и свидетели их лишь подтверждали). В числе вопросов, заданных Князеву судьей, был и такой: говорил ли подсудимый о “якобы имевших место в период культа личности” репрессиях против невинных граждан? Свидетель В.Коноплев, школьный товарищ А.Смирнова, напротив, давал показания охотно и с проявлением инициативы.

Он показал, что в 1969 А.Смирнов давал ему читать “Хронику текущих событий”. В.Коноплев подробно рассказал о влиянии, которое, по его мнению, на А.Смирнова оказали его дед, писатель А.Костерин, мать Е.А.Костерина, генерал П.П.Григоренко и другие лица. В.Коноплев подтвердил, что в 1980 написал на А.Смирнова заявление в КГБ. Показания другого свидетеля, также написавшего на А.Смирнова заявление в КГБ, Иванова, были лишь зачитаны в суде, т.к. Иванов, уехавший в командировку, в суд не явился. В его показаниях речь шла об “антисоветских разговорах” А.Смирнова и о том, что тот давал ему, Иванову, читать “Хронику”.

Основными показаниями, на которых основывалось обвинение, были показания бывшего политзаключенного Петра Ломакина. Показания П.Ломакина были лишь зачитаны: сам он во время суда находился в Бутырской тюрьме по обвинению в магазинной краже; в суде была зачитана справка, что он болен. П.Ломакин показал, что, освободившись из заключения в 1975, он, якобы, по рекомендации К.Любарского, явился на квартиру Ю.Шихановича за материальной помощью, которую он получил. Л.Алексеева, Г.Салова и позднее А.Смирнов опрашивали его о лагерях и о его собственном деле. А.Смирнов при этом будто бы передал ему 75 р., попросив дать информацию о его деле, которая позднее была, якобы, опуликована в “Хронике текущих событий” N 39. Кроме того, по словам П.Ломакина, А.Смирнов на квартире Ю.Шихановича раздавал “Хронику” всем присутствовавшим, П.Ломакину в том числе.

А.Смирнов заявил, что с П.Ломакиным никогда не встречался. Он сказал, что во время следствия неоднократно требовал опознания его П.Ломакиным, он просил показать ему фотографию П.Ломакина, но ему в этом было отказано. А.Смирнов сказал, что П.Ломакин – лжесвидетель.

***

На самом деле ни в N 39 “Хроники текущих событий”, ни в других ее номерах информации о деле П.Ломакина нет. В N 38 назван лишь его срок и дата освобождения. Приводим здесь данные о деле П.Ломакина. П.Ломакин (по-видимому, р. ок. 1950) был впервые арестован за кражу ок.1970, но вскоре был освобожден по медицинским показаниям как клинический дебил (у П.Ломакина родовая травма мозга и серьезная деформация черепа, включая его лицевую часть). Освободившись, он поселился в г.Владивостоке. Там он несколько раз звонил в местное УКГБ и угрожал “взорвать весь Тихоокеанский флот” (как позднее было сказано в приговоре, “характерным хриплым голосом”). Был арестован 15 мая 1973, обвинен сначала в попытке диверсии. Позднее обвинение было переквалифицировано на ст.70 УК РСФСР, и П.Ломакин был приговорен к 2,5 г. лагерей. По освобождении он получил от Фонда помощи политзаключенным помощь на общих основаниях.

***

Обвинение А.Смирнова в участии в издании бюллетеня “В” основывалось на том, что на экземплярах “В”, изъятых на обыске у А.Соколова в Москве, имелись рукописные пометки подсудимого.

А.Смирнов виновным себя не признал. На большинство вопросов суда (в первую очередь, на вопросы о “Хронике текущих событий”) он отказался отвечать по морально-этическим соображениям.

Прокурор попросил для обвиняемого 6 л. лагерей и 4 г. ссылки. Адвокат просила об оправдании А.Смирнова. А.Смирнов в последнем слове вновь отрицал свою виновность. Он просил также суд не применять к нему “неофициальной меры наказания” высылки, обычно применяемой к политзаключенным по отбытии установленного приговором срока (А.Смирнов имел в виду лишение бывших политзаключенных права возвращения на прежнее место жительства в “режимные” города, включая Москву).

Суд удовлетворил просьбу прокурора, приговорив А.Смирнова к 6 г. лагерей строгого режима и 4 г. ссылки. На вопрос судьи, понятен ли ему приговор А.Смирнов ответил: “нет!”.

События в Эстонии (1983, 7-5)

«N 7 – 15 апреля 1983»

Стало известно имя второго молодого человека, приговоренного судом в г.Тарту в мае 1982 вместе с А.Кару [1983, 1-3]. Это Рауль Коннис (р. 1964), также учащийся торгового техникума. Вместе с ними судили еще пятерых студентов, но те были приговорены к различным суммам штрафа.

Неизвестно, начался ли суд над И.Хинтом [1983, 5-6]. Поступили сведения, что по делу И.Хинта, официально обвиняемого в “хищении государственной собственности”, в июле 1982 были допрошены бывшие политзаключенные Мати Кийренд и Калью Мятик.

Читать далее

Суд над Зоей Крахмальниковой (1983, 7-3)

«N 7 – 15 апреля 1983»

Суд над Зоей Крахмальниковой [1983, 6-21] состоялся 31.3-1 апреля 1983.

Дело рассматривала выездная сессия Мосгорсуда в помещении Люблинского райнарсуда. Председательствовал зам. председателя Мосгорсуда В.Романов, обвинение поддерживал прокурор Захаров, защищала З.Крахмальникову адвокат Е.Резникова. Их близких подсудимой в зал была допущена лишь ее дочь, а позднее, после допроса его в качестве свидетеля, – муж Ф.Светов.

З.Крахмальникова обвинялась по ст.70 УК РСФСР. Конкретно ей вменялось в вину составление сборников “Надежда” и передача их на Запад для публикации в издательстве “Посев”, подписание ряда писем в защиту Т.Великановой, Д.Дудко и др., распространение книги Д.Дудко “О нашем уповании”.

Читать далее

Томское дело (1982, 23/24-9)

«NN 23/24 – 31 декабря 1982»

Стали известны дополнительные подробности о томском деле (1982, 19-3 и ранее).

Следствие по этому делу было начато, по-видимому, еще в 1981 по доносу первой жены Валерия Кенделя Плюсниной, сообщившей в КГБ перечень зарубежной и самиздатской литературы, читаемой мужем, и круг его знакомств. В результате этого доноса и были проведены обыски 1 апр. 1981 [1981, 12-6], в том числе в теплице цветочного хозяйства г.Томска у Станислава Божко и др. лиц. (так. наз. “тепличное дело”). Тогда следствие было прекращено за недостатком материалов. В.Кендель, однако, был вынужден уйти с работы в социологической лаборатории (равно как и С.Божко из цветочного хозяйства), и оба начали зарабатывать себе на жизнь на строительных работах.

Читать далее

Дело Анатолия Верховского (1982, 20/21-8)

«NN 20/21 – 15 ноября 1982»

Анатолий Верховский [1982, 13-10] попал в поле зрения репрессивных органов еще в 1978, когда у него на обыске были изъяты книги, изданные за рубежом.

В день ареста, 27 апр. 1982, кроме указанных [в 1982, 13-10] Д.Маркова, О.Запальской, Е.Фроловой, Е.Полякова, прошли обыски в Калуге у В.Катагошина, в Москве у радиоэлектроника Михаил Середы и его бывшей жены, а также у родителей М.Середы в г. Обнинск Калужской обл. В г.Обнинск прошел такж обыск у геофизика Ниверовского.

На обыске у самого А.Верховского, кроме рукописей и писем, изъяты материлы с грифом «Для служебного пользования», а также старый электромотор (впоследствии была попытка начать следствие по делу «о краже электромотора», вскоре оставленная). У бывшего физика и преподавательницы музыки Елены Фроловой, кроме различных документов был изъят запас самодельного вина, крепость которого, по данным экспертизы, была определена в 15,5 градусов.

6 июня 1982 в Калуге была допрошена жена А.Верховского Светлана. Во время допроса с ней случился сердечный приступ. Ей показали данные против нее показания ее бывших сотрудников Г.Никулиной и Хайкельсона. В болезненном состоянии С.Верховская подписала протокол допроса не читая. На следующем допросе 11 июня, С.Верховская от дачи показаний отказалась. После этого С.Верховская была уволена с работы, якобы за прогул.

В июне-июле неоднократно допрашивали Е.Фролову, О.Запальскую, Д Маркова, В.Катагощина, Ниверовского, свящ. Валерия Суслина.

А.Верховский был подвергнут психиатрической экспертизе в стационарных условиях в ПБ г.Курска и признан вменяемым.

В авг. следователь Терехов заявил, что следствие подходит к концу и он намерен до конца месяца его завершить. Жене С.Верховского предложили срочно найти адвоката. 11 авг. С.Верховской была возвращена часть изъятых у нее и у мужа на обыске материалов. 19 авг. следствие было закончено.

Против Елены Фроловой было возбуждено дело “о самогоноварении”. По этому делу была допрошена ее сестра Ада Михайлова, соседи, сослуживцы. 20 авг. 1982 прокурор г.Обнинска вызвал Е.Фролову и сообщил ей, что “совместное уголовное дело А.Верховского и Е.Фроловой по ст. 190 УК РСФСР” в отношении Е.Фроловой прекращено за отсутствием данных, а ей, Е.Фроловой предъявляется обвинение по ст.158 УК РСФСР (“изготовление самогона без цели сбыта»).

Дело Петра Бутова (1982, 20/21-6)

«NN 20/21 – 15 ноября 1982»

Следствие по делу Петру Бутова [1982, 12–24] вел следователь КГБ Бронюк. В июне 1982 он приезжал в Москву и пытался (безуспешно) вызвать на допрос Л.Вуля и С.Арцимович. Он допросил А.Даниэля, но тот не дал никаких показаний.

Суд по делу П. Бутова состоялся 20, 23, 24, 26 и 27 авг. 1982. П.Бутов обвинялся по ст.62 УК УССР (аналог ст.70 УК РСФСР). П.Бутову вменялось в вину распространение самиздата, в частности, произведений А.Солженицына, высказывания по поводу событий в Польше и Афганистане. В суд было вызвано около 20 свидетелей, двое из них отказались от дачи показаний, а двое – дали показания против П.Бутова. Сам П.Бутов виновным себя не признал.

Прокурор попросил для П.Бутова 6 лет лагерей с последующей ссылкой. Суд приговорил П.Бутова к 5 г. лагерей строгого режима и 2 г. ссылки.

В зале присутствовали друзья и родные обвиняемого. После суда друзьям П.Бутова, у которых был обыск по его делу, в частности, В.Лановому [1982, 17–16], вернули изъятые фотоаппарты и пишущие машинки.

Дело Коновалова (1982, 13-3)

«N 13 – 15 июля 1982»

В декабря 1981 в Москве арестован главный врач крупнейшего в столице физкультурно-спортивного диспансера Коновалов.

В течение двух лет Коновалов отказывался подписать акт о завершении строительства огромного спортивно-лечебного комплекса, сооруженного для его диспансера в Останкино. Комплекс был сооружен с недопустимыми недоделками и отклонениями от проекта. На Коновалова было оказано давление со стороны ряда высокопоставленных лиц (включая секретаря МГК КПСС В.В.Гришина), ему предлагали взятки, но Коновалов стоял на своем. Он обращался с протестом в ЦК КПСС, органы партийного и народного контроля, в другие организации, но безрезультатно.

Тогда Коновалов решил апеллировать к мировой общественности. Он подготовил письмо о системе злоупотреблений, пронизывающей руководство СССР на различных уровнях, в том числе о злоупотреблениях в Министерстве здравоохранения и в КГБ СССР. При обыске у Коновалова было изъято 60 экземпляров этого письма, подготовленных для отправки за рубеж. Коновалов был арестован у себя на работе. Здание диспансера при этом было окружено усиленным нарядом милиции.