Положение семей Гинзбурга и Винса (1979, 9-8)

N 9 – 15 мая 1979

Как известно, в условиях соглашения об обмене советских политзаключенных на советских шпионов [1979, 8-3] входит обеспечение права семей политзаключенных на воссоединение с ними за рубежом.

И. Жолковская, жена А. Гинзбурга, настаивает на выезде вместе с приемным сыном С. Шибаевым [1979, 8-3], от которого она получила телеграмму о согласии на выезд. Жолковскую торопят с выездом, однако до сих пор ей не удалось соединиться по телефону с мужем. Все разговоры прерываются в самом начале. Мать А. Гинзбурга, Людмила Ильинична, тяжело больна и выезд возможен только после ее выздоровления.

***

В ином положении первоначально была семья Г. Винса. Дом Винсов в Киеве был окружен агентами КГБ, которые даже поставили рядом с домом служебный автобус. Связь Винсов с внешним миром была прервана, к ним и от них никого не пропускали, у приходивших проверяли документы. Сыну Г. Винса Петру угрожали убийством если он попытается выйти.

Член Московской Хельсинкской группы Мальва Ланда, приехавшая 30 апреля 1979 в Киев, была задержана на вокзале в Киеве ” по подозрению в поездной краже”. Ее тщательно обыскали и забрали 100 р. денег и письмо А. Сахарова семье Винсов. Деньги позднее вернули. М. Ланду насильно посадили в поезд и отправили в Москву, а оттуда в Петушки, где она сейчас живет. Ей приказали не покидать дом до конца майских праздников. Ей угрожают также возбуждением уголовного дела по ст.192 УК РСФСР (“Оскорбления представителя власти”: М. Ланда обвиняла схвативших ее людей в фашистских методах).

Через несколько дней однако блокада с дома Винсов была снята, им даже разрешили звонить по телефону за границу. Их, как и Жолковскую, стали торопить с выездом.

К делу Владимира Свирского (1979, 9-6)

N 9 – 15 мая 1979

Суд над Владимиром Свирским, одним из членов Совета СМОТ [1978, 2-1], ранее назначенный на 23 апреля 1979, перенесен на 15 мая 1979.

Следствие по его делу вела прокуратура Москворецкого р-на г. Москвы, суд состоится в райнарсуде того же района. Свирский обвиняется в хищении книг из библиотеки. Однако, на обыске у него из 69 изъятых наименований библиотечные книги составляют лишь 9. Остальное: тексты самиздата, магнитофонные записи, кассеты с кино и фотопленкой. Обыск проводился почему-то с миноискателем, протокол обыска Свирскому предъявлен не был.

На обыске по делу Свирского у другого члена Совета СМОТ Александра Иванченко были изъяты только тексты правозащитных документов, сборник “Демократические альтернативы” и другая литература, изданная за рубежом на русском языке. В ходе следствия следователь по делу Свирского Ю.Г. Жданов угрожал А. Иванченко привлечь его в качестве обвиняемого по тому же делу, что и Свирского.

К делу журнала “Поиски” (1979, 8-5)

N 8 – 30 апреля 1979

Следствие по делу журнала “Поиски” [1979, 3-5 ; 1979, 6-4] продолжается.

Один из редакторов журнала, Валерий Абрамкин, был трижды вызван на допросы в прокуратуру. Прокурор угрожал В.Абрамкину арестом, если издание журнала не будет прекращено. Другим членам редколлегии прокурор угрожал высылкой из Москвы.

Тем временем, Петр Егидес был уволен с должности преподавателя в институте, а Раису Лерт (р.1906), члена КПСС с 1926, исключили из партии.

Редколлегия в специальном заявлении отвергла шантаж и попытки сделать В.Абрамкина заложником, дабы добиться прекращения выпуска журнала. В заявлении говорится,что все члены редколлегии несут за содержание журнала равную ответственность.

Новые атаки на Фонд помощи политзаключенным (1979, 7-8)

N 7 – 15 апреля 1979

В марте 1979 некий Новосельцев направил А.Д.Сахарову и И.С.Жолковской-Гинзбург письмо.

Новосельцев – один из основателей т.наз. “Межидеологического Союза”, рассылавшего диссидентам летом-осенью 1978 подметные письма нецензурного содержания с требованием, под угрозой убийства, выдачи денежных средств Фонда помощи политзаключенным. В новом письме Новосельцев требует от Сахарова и Жолковской извинений за то, что они, якобы, в своих заявлениях его оклеветали. Требование вновь сопровождается угрозами.

11 апреля 1979 на квартиру к И.Жолковской пришли два неизвестных, назвавшиеся сотрудниками НИИ, жертвовавшими деньги на Фонд. Они заявили, что по их сведениям “деньги Фонда идут на отъезд евреев”, и стали требовать отчета о расходовании средств и возврата денег. 12 апреля визит повторился.

***

Между тем, сбор средств внутри страны продолжает возрастать. Как сообщалось на пресс-конференции 1 февраля 1979 лишь в январе 1979 собрано около 2000 р. За вторую половину 1978 сбор вдвое превысил сбор за первую половину. В больших количествах жертвуются вещи, продукты.

Пользуемся случаем исправить некоторые цифры, приведенные в сообщении [1979, 3-11]. Бандеролей и посылок в места заключения в 1978 Фондом отправлено 800, а не 600, пособия для поездок на свидания даны 120, а не 60 чел., единовременное пособие получили 60, а не 50 освободившихся и 150, а не 100 подвергающихся внесудебным репрессиям.