Дело Михаила Середы (1984, 16-3)

N 16 – 31 августа 1984

Михаил Глебович Середа (р. 1942) – кандидат физико-математических наук, специалист по электронике, работал зав. лабораторией во ВНИИ пленок и искусственных кож.

После ареста А.Верховского [1982, 20/21-8] в апреле 1982 у М.Середы в Москве был проведен обыск ”с целью изъятия литературы антисоветского характера, валюты и порнографических материалов”. Через несколько дней обыски были проведены у родителей М.Середы в г.Обнинске Калужской обл. и в квартире, в которой М.Середа жил ранее. На обысках практически ничего изъято не было.

В декабре 1982 в лаборатории М.Середы прошла инвентаризация, не выявившая никаких злоупотреблений, а в январе 1983 неожиданно была назначена бухгалтерская ревизия. Ее проводил ревизор Ваксман, который некоторым представлялся как сотрудник КГБ.

Ревизия проводилась целенаправленно для выявления злоупотребления со стороны М.Середы. Ожидавшаяся сумма недостачи (80 тыс. руб.) была названа ревизором еще в начале ревизии. Эта же сумма фигурировала и в окончательном ее акте. После ревизии у ряда лиц, близких к М.Середе, были проведены обыски. В частности, не квартире родителей М.Середы, была обнаружена лаборатория, в которой М.Середа был вынужден проводить часть исследований ввиду тесноты в институте и отсутствия там элементарных условий для работы.

***

В мае 1983 М.Середа был арестован. Дело его вела следователь Кокорина. М.Середу обвиняли по ст.92 ч.3 УК РСФСР (“хищение государственного имущества… путем злоупотребления служебным положением”), ст.175 (“должностной подлог”), ст.170 (“злоупотребление служебным положением”), ст.208 ч.2 (“приобретение имущества, добытого заведомо преступным путем”).

Как хищение рассматривалось то, что некоторые приборы М.Середа был вынужден установить у себя дома, чтобы проводить на них исследования по плану института. Так, например, у него дома в течение ряда лет находилось электронно-вычислительное устройство управления технологическими процессами МК-43 (относительно него М.Середа заметил позднее на суде, что едва ли обвинение думает, что он подсчитывал на нем домашние расходы). Как “подлог” и “злоупотребление” было истолковано завышение заявок на материалы для лаборатории и “преждевременное” их списание. По ст.208 М.Середа обвинялся в приобретении для лаборатории радиодеталей “у неустановленных лиц”.

Кроме того, М.Середа обвинялся по ст.196 ч.2 (“изготовление поддельных документов”), конкретно – в фальсификации на акте техосмотра автомашины записи о наложении на него штрафа в 5 руб., и по ст.218 ч.1 (“незаконное хранение боеприпасов”) в хранении 21 шт. патронов.

Во время следствия велись допросы не только по предъявленным обвинениям. В частности, материалы допросов М.Середы неоднократно использовались в следствии по делу Д.Маркова [1984, 9-3).

Дело М.Середы рассматривал народный суд Москворецкого р-на г.Москвы 23 февраля — 2 марта и 13 марта 1984. Председательствовала судья Ларионова, обвинение поддерживала прокурор Никольская, защищал М.Середу адвокат Д.Аксельбант. М.Середа виновным себя по большинству статей не признал (он признал себя виновным лишь в хранении патронов и частично в фальсификации записи на акте техосмотра машины).

Суд велся предвзято. Судья Ларионова угрожала свидетелям, выступавшим в пользу М.Середы, добиваясь от них нужных показаний, свидетелей, выступавших в пользу обвинения, приглашали для инструктажа в совещательную комнату и т.п.

Прокурор просила для М.Середы 8 лет лагерей, а представитель гражданского истца (зам. директора ВНИИПИК Саутин) предъявил иск на 45 тыс.руб.

Адвокат отверг доводы обвинения и указал, что М.Середа может быть обвинен лишь в “халатности” (ст.172 УК РСФСР), да и то большая часть вины лежит на сотрудниках бухгалтерии и дирекции, обязанных контролировать отчетную документацию.

М.Середа в последнем слове заявил, что он знает “побудительные мотивы действий следователя”. “Я пробовал, – сказал М.Середа – один раз изложить эти причины врачам в институте им.Сербского, где проходил психиатрическую экспертизу. Там мне не поверили и сочли, что я симулирую сумасшествие”. Поэтому М.Середа отказался об этом говорить на суде и заявил лишь: “Целью следствия было уничтожить меня социально. Эта цель достигнута”.

Суд приговорил М.Середу к 7 г. лагерей усиленного режима и к конфискации имущества. Иск гражданского истца на 45 тыс. руб. удовлетворен.

21 мая 1984 Мосгорсуд рассмотрел кассационную жалобу М.Середы и оставил ее без удовлетворения.

Суд над Александром Шатравкой и Владимиром Мищенко (1983, 10-2)

N 10 – 31 мая 1983

Следствие по делу А.Шатравки и В.Мищенко [1983, 8-3) было закончено в начале апреля 1983 и дело было передано в суд. Следователь Стрельников отклонил ходатайство обвиняемых о дополнительной экспертизе распространявшегося ими “Обращения” с призывом о разоружении в Советском комитете защиты мира и в Обществе советско-американской дружбы на том основании, что местные эксперты Любутин, Орлов и Игнатенко, вынесшие заключение о клеветническом характере “Обращения”, достаточно компетентны.

Суд состоялся 26 марта 1983 в пос.Советском. Дело рассматривала выездная сессия окружного суда (Ханты-Мансийский автономный округ). В.Мищенко защищала адвокат П.И.Пьянкова, А.Шатравка от услуг адвоката Н.В.Лапченкова отказался и защищал себя сам. Оба подсудимых обвинялись по ст.190-1 УК РСФСР в распространении “клеветнического” “Обращения” с призывом о разоружении. А.Шатравке вменялись в вину также надписи, сделанные им на стенах избушки, где он жил в 1980: “СССР – тюрьма народов” и “Свободу советским правозащитникам!”. А.Шатравка обвинялся также по ст.196 ч.3 УК РСФСР (“подделка документов”) в исправлении записей в своем военном билете.

В качестве свидетелей в суд был вызван ряд работников лесхоза, подписавших “Обращение”: С.Н.Блажко, Е.П.Шевченко и др. Все они утверждали, что подписывали не читая, а теперь, после разъяснений, вредная сущность документа стала им ясна.

А.Шатравка был приговорен к 3 г., а В.Мищенко – к 1 г. лагерей общего режима.

Начало течения срока отсчитывается, по-видимому, с 3 августа 1983, со дня, который официально считается днем их ареста (фактически они были арестованы еще 15 июля 1982).

Арест Геннадия Боголюбова (1981, 1-8)

N 1 – 15 января 1981

19 или 20 ноября 1980 в Москве арестован житель Магадана маляр-штукатур Геннадий Александрович Боголюбов (р.1942). после ареста его направили в Магадан, где предъявили обвинение в незаконном использовании удостоверения инвалида (повидимому, ст.196 УК РСФСР).

Г.Боголюбов с 1973 попал в поле зрения КГБ, у него производились обыски, на которых был изъят самиздат и литература, изданная за рубежом. В 1977 он был осужден на 1 г. лагерей по сфабрикованному обвинению (ст.224 УК РСФСР, сбыт наркотиков, точнее снотворного “ноксирон”). В местной печати и по телевидению против него, как “антисоветчика”, была развернута кампания.

После освобождения он был лишен 2 группы инвалидности (полученной в армии), но удостоверение инвалида у него осталось на руках. В 1979 Г.Боголюбов обратился с открытым письмом к председателю профсоюза американских портовых рабочих Г.Бриджесу. За несколько дней до ареста он послал в ПВС СССР заявление о выходе из советского гражданства.

Жена Г.Боголюбова Галина с сыном живут по адресу: г.Магадан, ул.Рыбозаводская, 1/4, кв.5.

Суд над Натальей Лазаревой (1981, 1-5)

N 1 – 15 января 1981

11 января 1981 Ленгорсуд рассматривал дело Н.Лазаревой [1980, 18-8].

Председательствовала судья Исакова, защищала Лазареву адвокат Соколович. Н.Лазарева обвинялась по ст.190-1 и ст.196 УК РСФСР. По ст.190-1 ей инкриминировались статьи для журнала “Женщина в России”, по ст.196 (использование поддельных документов) – подделка подписи в трудовой книжке. Свидетелями выступали Кущенко (она подделывала подпись в трудовой книжке Лазаревой) и Горева – начальник Лазаревой по работе, давшая ей хорошую характеристику.

Н.Лазареву признала себя виновной полностью по ст.196 и частично по ст.190-1. Она заявила, что высказала односторонние взгляды, хотя факты излагала правильно. Она отрицала, что была участницей женского движения.

Суд приговорил Н.Лазареву к 10 мес. лагерей общего режима.