Ссылка А.Д.Сахарова (1980, 2-2)

N 2 – 30 января 1980

22 января 1980, как обычно по вторникам, акад.А.Д.Сахаров выехал на заседание научного семинара в ФИАН СССР. В 14 час. машину, управляемую шофером из гаража АН СССР, на Ленинском проспекте г.Москвы остановила милиция.

А.Сахарова насильно пересадили в другую машину и доставили в Прокуратуру СССР, где зам. Генерального Прокурора СССР А.М.Рекунков зачитал ему Указ ПВС СССР о лишении его звания Героя Социалистического Труда и всех наград, поскольку он “встал на путь открытых призывов реакционных кругов империалистических государств к вмешательству во внутренние дела СССР” (А.Сахаров трижды Герой Социалистического Труда, кавалер ордена Ленина и многих других орденов). А.Рекунков объявил А.Сахарову также о том, что СМ СССР лишил его званий лауреата Ленинской и Государственной премий. А.Сахарову был предъявлен текст Указа ПВС СССР только с машинописными подписями Л.Брежнева и М.Георгадзе. А.Сахаров заявил, что в таком виде Указ недействителен. А.Сахаров отверг также предложение А.Рекункова сдать все награды, указав, что выдвигаемые против него сейчас обвинения никак не связаны с той его деятельностью, за которую в свое время награды были присуждены.

Затем А.Рекунков объявил А.Сахарову, без предъявления каких бы то ни было документов, что он высылается в Горький, чтобы он не мог более поддерживать контакты с иностранцами. На вопрос А.Сахарова, относится ли это также и к контактам с его детьми, проживающими в США, А.Рекунков ответил утвердительно. А.Рекунков добавил, что жене А.Сахарова Елене Боннэр будет разрешено последовать за ним в Горький.

***

Тем временем доступ в московскую квартиру А.Сахарова был блокирован милицией и людьми в штатском. Иностранных корреспондентов просто не допускали, обещая все объяснить позднее, друзей задерживали и отвозили в милицию.

Так были задержаны В.Бахмин и М.Петренко, которых продержали в милиции 3 часа и отпустили без объяснений. Телефон в квартире А.Сахарова не отвечал. В 15 час. телефон был на короткое время включен, чтобы дать А.Сахарову возможность позвонить жене и сообщить об объявленных ему мерах. Супругам Сахаровым было дано 2 часа на сборы. Сразу после этого звонка телефон (и все другие телефоны в этом доме) был отключен. Перестали также работать телефоны-автоматы в окрестностях дома Сахаровых.

В 17 час. на квартиру Сахаровых явились сотрудники КГБ. Е.Боннэр в сопровождении ее матери Р.Г.Боннэр и невесты сына Е.Алексеевой отвезли в аэропорт Домодедово, куда уже был доставлен А.Сахаров. В 18 час. А.Сахарова и Е.Боннэр посадили в самолет, отправляющийся в Горький.

Сообщения о том, что А.Сахарову был якобы предложен выбор между эмиграцией м ссылкой в Горький, ошибочны. Следует, однако, отметить, что имя А.Сахарова было включено на 22 января 1980 в списки пассажиров самолета “Австрийских авиалиний” по маршруту Москва-Вена-Цюрих.

Супруги Сахаровы были поселены в дальнем пригороде г.Горький (Приокский р-н). Их адрес: г.Горький, Щербинка-2, ул.Гагарина, 214, кв. 3. Сахаровы занимают три комнаты в 4-комнатной квартире, одну комнату занимает неизвестная им женщина. Телефона в квартире нет. Дом расположен напротив отделения милиции и находится под непрерывным внешним наблюдением. Вся иностранная корреспонденция А.Сахарова пресечена. Разговоры с телефонной станции ему не предоставляются. Внутренняя переписка также, повидимому, резко ограничена.

Посещения иностранцев в г.Горьком невозможны, ибо это запретный для них город. Однако и визиты советских граждан, первоначально многочисленные, повидимому, вскоре также были пресечены. По заявлению Е.Боннэр, посещать их сейчас разрешено лишь ее другу детства, да и то раз в неделю, чтобы приносить им продукты. Разрешены также приезды Р.Боннэр и Е.Алексеевой. Поступили сообщения, что А.Сахаров должен заявлять о себе властям каждые 10 дней (повидимому, отмечаться в милиции?). А.Сахарову запрещено покидать г.Горький. Е.Боннэр, однако, 28 января 1980 смогла выехать в Москву с визитом.

А.Сахаров остается действительным членом АН СССР. Для его исключения требуется проведение тайного голосования на общем собрании Академии (требуемое большинство голосов – 2/3).

***

Никаких юридических оснований для действий, предпринятых в отношении А.Сахарова, приведено не было.

В заявлении ТАСС, опубликованном 25 января 1980, что уголовное дело против А.Сахарова не было возбуждено “из гуманитарных соображений и учитывая его прошлые заслуги”, и решено было ограничиться “административными мерами”. А.Рекунков устно охарактеризовал эти меры как высылку.Между тем, на самом деле, установленный А.Сахарову режим по всем признакам совпадает с уголовным наказанием, называемым “ссылкой”. Уголовное же наказание по законам СССР может быть назначено только судом, что зафиксировано в ст.3 УК РСФСР, ст.13 УПК РСФСР и ст.4 ИТК РСФСР. “Административной ссылки” современное право СССР не знает. Никакого судебного разбирательства в отношении А.Сахарова проведено не было. Не указано также никакого срока, на который ему назначена ссылка.

УК РСФСР в ст.126 предусматривает такое преступление, как “незаконное лишение свободы”, которое, согласно официальному “Комментарию”, состоит в “противоправном воспрепятствовании человеку свободно выбирать место своего пребывания – в задержании потерпевшего в каком-либо месте, либо в помещении его в какое-либо место против его воли”. Совершенное в отношении А.Сахарова полностью подпадает под признаки этой статьи.

Что касается таких мер, как запрет визитов друзей, то они не могут быть применены даже к ссыльным. Запрет же иностранной корреспонденции не может быть ни при каких обстоятельствах наложен даже на заключенных, содержащихся в тюремном карцере (они могут ее, по крайней мере, получать).

Ни Прокуратура СССР, ни ПВС СССР не имеют полномочий осуществлять такие меры, какие были приняты в отношении А.Сахарова.

Между тем, в газете “Известия” от 23 января1980 К.Батманов обвинил А.Сахарова не только в распространении “клеветы” о положении с правами человека в СССР, но и в “разбалтывании” оборонных и государственных секретов страны во время встреч с иностранцами и визитов в Посольство США.

В заявлении, присланном из Горького, А.Сахаров требует, чтобы ему было предоставлено право предстать перед открытым судом.

***

Андрей Дмитриевич Сахаров (р. 21 мая 1921) – действительный член АН СССР с 1953 (в то время – самый молодой академик), лауреат Нобелевской премии мира за 1975. Звание Трижды Героя Социалистического Труда, которого он лишен, имеют в СССР всего несколько человек. А.Сахаров в течение ряда лет страдает сердечно-сосудистыми заболеваниями.

Задержание Александра Волошановича (1979, 18/19-13)

NN 18/19 – 15 октября 1979

4 октября 1979 у железнодорожного вокзала в г.Горьком задержан консультант Рабочей комиссии по расследованию использования психиатрии в политических целях врач-психиатр Александр Волошанович.

А.Волошанович ездил в г.Горький для проведения обследования нескольких лиц, которым угрожают психиатрические репрессии, Вместе с А.Волошановичем был задержан его знакомый горьковчанин Марк Ковнер.

Задержанием руководил ст. лейтенант милиции Солин. Обоих задержанных обвинили в валютных операциях и обыскали. У А.Волошановича изъяли 4 книги, в том числе три на английском языке (из них две по психиатрии и книга Х.Смита “Русские”), а также 13 листов записей проведенных Волошановичем обследований. Протокол обыска Волошановичу дан не был.

Дело Елены Боннэр (1984, 9-1)

N 9 – 15 мая 1984

2 мая 1984 Елена Боннэр, жена акад. А.Д.Сахарова, намеревалась выехать в Москву из Горького, где находится в ссылке ее муж. Это ей, однако, не удалось: в день, намеченный для выезда, ей было официально предъявлено обвинение по ст.190-1 УК РСФСР и предложено дать подписку о невыезде из Горького. Е.Боннэр отказалась дать такую подписку, но из Горького выехать ей все же не позволили. Устно Е.Боннэр было заявлено, что обвинение ей может быть переквалифицировано на ст.64 УК РСФСР (“измена Родине”).

В тот же день муж Е.Боннэр А.Сахаров объявил голодовку – как он заявил, “до самого конца” или до тех пор, пока Е.Боннэр не будет разрешено выехать за рубеж для лечения (у Е.Боннэр серьезное заболевание глаз, грозящее ей слепотой; она также перенесла недавно два инфаркта).

4 мая 1984 было передано по московскому радио, а 5 мая 1984 опубликовано в газете “Правда” пространное сообщение ТАСС под названием “Подоплека провокации”. Составленное в резких и грубых тонах, сообщение обвиняло Е.Боннэр и А.Сахарова в подготовке “далеко идущей операции, в соответствии с которой Сахаров объявит очередную “голодовку”, а тем временем Боннэр получит “убежище” в посольстве США в Москве… Одновременно намечалось попытаться под надуманным предлогом – состояние здоровья – организовать выезд Боннэр за границу, где она должна была стать одним из лидеров антисоветского отребья”. В сообщении говорилось также, что “в результате своевременно принятых советскими правоохранительными органами мер эта операция была сорвана”. Сообщение обвиняло в соучастии в “провокации” американское посольство, в частности 1-го секретаря Э.Маквильямса, второго секретаря Дж.Гласса и Дж.Пернелла.

Представитель госдепартамента США Дж.Хьюз в Вашингтоне опроверг сообщение ТАСС, назвав его “совершенно ложным”. Он подтвердил, что посольство поддерживало контакты с Е.Боннэр, поскольку оно озабочено состоянием ее здоровья и положением А.Сахарова, и т.к. США поддерживает “борьбу А.Сахарова за мир и права человека”. Но, заявил Дж.Хьюз, посольство никогда не предлагало Е.Боннэр убежища и никогда не толкало А.Сахарова на голодовку.

В то время ни в Москве, ни за рубежом еще не было известно о предъявлении обвинения Е.Боннэр и начале голодовки А.Сахарова. Впервые сообщение об этом было получено от знакомой Е.Боннэр и А.Сахарова математика и правозащитницы Ирины Григорьевны Кристи (р. 1937). И.Кристи 6 мая 1984 неожиданно приехала в Горький. Ее приезд застал лиц, охранявших квартиру А.Сахарова, врасплох, и ей удалось в течение трех минут поговорить с А.Сахаровым, стоявшим около дома, и с Е.Боннэр, находившейся вблизи в лоджии первого этажа. После этого И.Кристи задержали, обыскали и поместили в КПЗ.

На следующее утро И.Кристи оштрафовали на 15 р. за “сопротивление милиции” и освободили. 8 мая 1984 И.Кристи сообщила о положении А.Сахарова и Е.Боннэр иностранным корреспондентам, после чего ее телефон был немедленно отключен, а сама она посажена под домашний арест. У ее дверей стоит милиционер и в квартиру никого не пускают. Ее мужа Сергея Ефимовича Генкина на работу и с работы провожают агенты, ему не разрешают в их отсутствие говорить по телефону. 11 мая 1984 И.Кристи была доставлена в КГБ (по-видимому, по делу Е.Боннэр?). В тот же день она вернулась домой.

Квартиру Е.Боннэр в Москве продолжают охранять милиционеры, хотя в квартире сейчас никто не живет. По московскому телевидению был показан фильм о А.Сахарове и Е.Боннэр, содержащий грубые оскорбления по их адресу.

12 мая 1984 Е.Боннэр присоединилась к голодовке А.Сахарова. Более подробных сведений об их положении нет.

***

Е.Боннэр (р. 14 февраля 1923) – один из старейших участников правозащитного движения, член-основатель Московской Хельсинкской группы (группа работала с 1976 по 1982, когда под давлением властей была вынуждена заявить о прекращении своей деятельности).

По профессии она врач-педиатр. Участвовала в Отечественной войне, в результате контузии получила инвалидность (болезнь глаз – последствие этой контузии). Член КПСС с 1955 по 1972, когда она заявила о выходе из партии. Отец Е.Боннэр, зав. отделом кадров Коминтерна, был расстрелян в 1937, мать в 1937-1954 находилась в лагерях, затем была реабилитирована.

Положение А.Сахарова и Е.Боннэр (1984, 10-2)

N 10 – 31 мая 1984

Сообщения о положении А.Сахарова и Е.Боннэр, проводящих голодовку в г.Горьком [1984, 9-1], в течение последнего времени представляли собой смесь непроверенных слухов, догадок, косвенных свидетельств и дезинформации.

Когда этот номер уже готовился к печати, распространились чрезвычайно тревожные слухи о возможной гибели А.Сахарова. Это вызвало значительную задержку выхода настоящего номера. Слухи эти так и не были подтверждены, но и не были убедительно опровергнуты. Действительное положение остается совершенно неясным. К достоверности всего изложенного ниже следует поэтому относиться с крайней осторожностью.

***

7 мая 1984 А.Сахаров был увезен из своей квартиры в г.Горьком в неизвестное место, по-видимому, в больницу. Сведения об этом основываются на телеграмме, подписанной именем Боннэр и посланной детям А.Сахарова в Москву.

Как можно заключить из заявления, сделанного позднее генеральным секретарем ЦК ФКП К.Марше, А.Сахаров был помещен в Горьковскую областную больницу им.Н.А.Семашко. 21-23 мая 1984 из кругов, имеющих контакт с советским посольством в Париже, поступали сообщения, что приблизительно 18 мая 1984 “оба Сахаровы” находились дома в “удовлетворительном состоянии” и “сняли голодовку”.

Позднее в Москве некий источник, “близкий к официальным кругам”, сообщил корреспондентам, что 25 мая 1984 А.Сахаров был госпитализирован, т.к. “врачи были обеспокоены его здоровьем в связи с последствиями голодовки”. В конце мая 1984 друзья А.Сахарова и Е.Боннэр дважды ездили в Горький и наблюдали издали за окнами их квартиры до 9-10 час. вечера. Окна оставались темными, так что, по-видимому, в квартире никого не было. Однако уже после этого, вероятно 28 мая 1984, лицо, хорошо знающее Е.Боннэр лично, видело издали Е.Боннэр, стоящую в лоджии ее горьковской квартиры.

30 мая 1984 ТАСС распространило заявление, в котором, касаясь “так называемой”, как оно выражается, голодовки А.Сахарова, утверждало, что на самом деле он “регулярно питается”. Согласно ТАСС, А.Сахаров и Е.Боннэр ведут “активный образ жизни”. Е.Боннэр, в частности, занимается домашним хозяйством, “много печатает на пишущей машинке” и даже “благополучно разъезжает на автомашине”.

Представитель посольства США в Москве тем временем заявил, что посольство располагает “неподписанным черновиком” письма А.Сахарова, в котором тот просит для жены убежища в посольстве. Однако, по словам этого представителя, эта возможность никогда не обсуждалась с Е.Боннэр.

В течение всего этого времени советские средства массовой информации публиковали разного рода сообщения об А.Сахарове и Е.Боннэр. Все эти сообщения выдержаны в крайне резких тонах. В частности, в статье в газете “Известия” 21 мая 1984 вновь утверждалось, что в отношении Е.Боннэр “приняты меры, вытекающие из закона”, и что в руки “советских правоохранительных органов попала пачка подстрекательских материалов, которые Боннэр намеревалась отнести в посольство США”. В этой же статье впервые открыто было признано, что ссылка А.Сахарова в Горький – это “наказание” за его “антиобщественную деятельность”.

Значительная часть большинства официальных советских заявлений была посвящена состоянию здоровья Е.Боннэр и А.Сахарова. Всячески подчеркивалось, что состояние их здоровья “удовлетворительное”. Относительно А.Сахарова напоминалось, что год назад он подтвердил свои водительские права и тогда врачебная комиссия решила, что он “практически здоров”.

Такое же сообщение было сделано в сообщении ТАСС от 30 мая 1984 и относительно Е.Боннэр, которая, якобы, получила водительские права в начале 1984. В сообщении ТАСС от 18 мая 1984 приводится свидетельство д-ра Г.Г.Гельштейна, зав. отделом функциональной диагностики Института сердечно-сосудистой хирургии АМН СССР. Г.Гельштейн признает, что Е.Боннэр страдает коронарной недостаточностью и в прошлом году перенесла инфаркт миокарда, но утверждает, что с тех пор ее состояние, якобы, не ухудшилось. Кандидат медицинских наук Е.Ф.Приставко, консультировавший Е.Боннэр, утверждает, что глазная операция, сделанная Е.Боннэр в Италии, была проведена очень плохо, “на глазном яблоке остался грубый шрам”. По его заявлению в советских клиниках эту операцию могут сделать “на гораздо более высоком уровне”.

Напротив, д-р Ален Жюльяр, зав. отделом кардиологии больницы им.Луизы Мишель под Парижем, исследовав предоставленные ему электрокардиограммы Е.Боннер, установил распространение вторично перенесенного инфаркта миокарда в область верхушки сердца. Он считает, что “нельзя исключить дальнейшее расширение ишемической зоны”.

Нижеследующие, поступившие в первых числах июня 1984 сведения включены в этот номер, датированный 31 мая 1984, ввиду исключительности ситуации, а также в связи с тем, что здесь идет речь о майских событиях.

2 июня 1984 распространились слухи о том, что Е.Боннэр, якобы, позвонила 1 июня 1984 утром Джованне Джимелли, журналистке местной флорентийской газеты la citta, и сообщила о смерти А.Сахарова. Разговор прервался на 34-й секунде. В настоящее время можно считать твердо установленным, что, хотя звонок и имел место, но говорила не Е.Боннэр, и вообще звонок был не из СССР, номер телефона Дж.Джимелли недавно сменился и не мог быть известен Е.Боннэр, в разговоре была употреблена фраза на французском языке, которого Е.Боннэр не знает и т.д.).

3 июня 1984 в газете Sunday Times было опубликовано сообщение ее московского корреспондента Э.Стивенса о том, что А.Сахаров, якобы, скончался в горьковской горбольнице 31 мая 1984 вечером. Позднее, в ответ на запрос, Э.Стивенс заявил, что газета “сильно преувеличила” его слова, и что он сообщал лишь о слухах. Сообщение Э.Стивенса никем более подтверждено не было.

В ото же день вернувшийся из Москвы председатель испанского сената Хозе де Карвахал заявил, что “А.Сахаров снял голодовку и чувствует себя хорошо”.

Положение А.Сахарова и Е.Боннэр (1984, 11-2)

15 июня 1984 (11)

За истекшие две недели положение А.Сахарова и Е.Боннэр продолжало оставаться совершенно неясным. Одно за другим следовали различного рода официальные и полуофициальные (однако ничем не подтвержденные) сообщения о том, что А.Сахаров и Е.Боннэр здоровы и не голодают.

4 июня 1984 ТАСС опубликовало заявление о том, что “Сахаров и Боннэр в добром здравии” и сообщения западных средств информации о смерти А.Сахарова – это происки секретных служб. В тот же день западные корреспонденты обратились с запросом к представителю АН СССР о положении А.Сахарова. Тот обещал навести справки и дать ответ позднее. Когда ему позвонили вновь, он ответил: “АН СССР не располагает информацией о смерти Сахарова. Это все”. Однако гл. редактор “Нового мира” В.Карпов и некоторые “осведомленные лица”, имена которых остались неизвестными, заверили западных корреспондентов, что А.Сахаров жив. Это же заявил директор Института биохимии АН СССР акад. Ю.Овчинников.

7 июня 1984 правительство США было официально информировано советским правительством о том, что “Сахаров жив и жизнь его вне опасности”. Тогда же поступили неофициальные сообщения о том, что Е.Боннэр вновь видели в лоджии ее квартиры и даже встречали на улице г.Горького. Все эти и более ранние сообщения не могут быть, однако, ни подтверждены, ни опровергнуты независимым образом.

Фантастические “новости” о положении А.Сахарова и Е.Боннэр продолжают между тем распространяться. Так 13 июня 1984 появились сообщения о том, что Е.Боннэр якобы позвонила министру иностранных дел Великобритании Джеффри Хау и обратилась с просьбой о помощи (?!). Второй секретарь советского посольства в Бельгии Ю.Бузыкин заявил члену экологической партии Бельгии Алэну Тийсу, что А.Сахаров в прекрасном состоянии здоровья и даже совершает прогулки. Ю.Бузыкин сказал также, что А.Сахаров заслуживает быть судимым за свои призывы к Западу вооружаться, но судить его все же не будут.

Положение А.Сахарова и Е.Боннэр (1984, 12-2)

30 июня 1984 (12)

За истекшие две недели мало что прояснилось относительно положения А.Сахарова и Е.Боннэр. В официальных советских заявлениях по-прежнему говорилось о том, что оба они находятся в хорошем состоянии здоровья. На пресс-конференции в связи с приездом в Москву президента Франции Ф.Миттерана Леонид Замятин заявил: “А.Сахаров живет хорошо, ест хорошо, и все у него в порядке”. Согласно Замятину, А.Сахаров “зарабатывает ежемесячно 900 руб. в институте ядерной физики в Горьком” (?!).

17 июня 1984 советский журналист Виктор Луи, известный своими связями с КГБ, продал в Цюрихе представителям западногерманской газеты «Bild» и американской телекомпании CBS фотографию А.Сахарова, снятую, по его словам, 15 июня 1984, и фотографию Е.Боннэр, снятую 12 июня 1984. Он заверил журналистов, что фотографии подлинные, но на самих фотографиях нет ничего, что могло бы подтвердить указанное им время съемок. Родственники А.Сахарова и Е.Боннэр указывают, однако, что А.Сахаров на фотографии одет не совсем обычно, у него нет в руках сумки с бумагами, с которой он никогда не расставался, так что можно сделать вывод, что он находится не дома и разделен с Е.Боннэр (не случайно они не сняты вместе).

26 июня 1984 родственники А.Сахарова и Е.Боннэр получили в Бостоне телеграмму из Горького, отправленную 22 июня 1984, в которой говорилось: “не беспокойтесь, мы живы и здоровы”. Далее шло поздравление Е.Янкелевичу, мужу дочери Е.Боннэр, с наступающим днем рождения. Телеграмма подписана: “мама и Андрей”.

Наконец, в последних числах июня поступило письменное сообщение от лица, знающего Е.Боннэр, о том, что в первой половине июня Е.Боннэр видели идущей в булочную “втроем” – видимо, в сопровождении двух агентов КГБ.

В общем, можно предположить, что Е.Боннэр, по-видимому, на самом деле относительно здорова – по крайней мере для того, чтобы выходить на улицу. По-видимому, с А.Сахаровым они разделены.

***

Тем временем, следствие по делу Е.Боннэр продолжается. По этому делу были допрошены члены Рабочей комиссии по расследованию использования психиатрии в политических целях В.Бахмин и А.Подрабинек (после выхода из заключения первый живет в Калинине, второй – в г.Киржач Владимирской обл.). В Ленинграде по делу Е.Боннэр прошел обыск у Леонида Гальперина, знакомого Н.Гессе, недавно выехавшего в США, которая была очень близка к Сахаровым.

Что касается самого А.Сахарова, то никаких независимых подтверждений официальных заявлений о том, что с ним “все в порядке”, не появилось. Уровень информированности иллюстрируется сообщением газеты «Los Angeles Times», в котором говорится следующее: в начале июня 1984 один москвич подслушал в общественной бане разговор двух сотрудников КГБ из Горького, которые находились в командировке в Москве. Сотрудники КГБ сказали, что “теперь изоляция А.Сахарова полная. Он – единственный пациент на целом этаже горьковской больницы, и этаж этот усиленно охраняется”.