Суд над Александром Огородниковым (1986, 15-4)

«N 15 – 15 августа 1986»

Сообщение [1986, 4-8] о суде над Александром Огородниковым ошибочно. Суд состоялся на самом деле только 3 апреля 1986. Дело рассматривал Чусовской горнарсуд (Пермская обл). Председательствовала судья Н.С.Симонова, обвинение поддерживал прокурор Н.Е.Микрюков, защищала А.Огородникова адвокат В.Ф.Широкова. А.Огородников обвинялся по ст.188-3 УК РСФСР.

А.Огородников обвинялся в систематических нарушениях режима содержания в период пребывания в пермском лагере ВС-389/36; в отказе от выхода на работу 15 октября 1985; в объявлении голодовки 30 октября 1985 в День политзаключенного в СССР и в подстрекательстве других лиц к тому же (всего в этот день в лагере ВС-389/36 голодало 15 человек); в отказе от стрижки волос 10 ноября 1985; в невыходе на работу 10-15 ноября 1985 (А.Огородников должен был освободиться из лагеря 21 ноября 1985, новое уголовное дело против него было возбуждено 15 ноября 1985; волосы заключенным не стригут за 3 мес. до выхода из лагеря).

Свидетелями на суде выступали сотрудники администрации: ДПНК кап.Рак И Гатин, сотрудник оперчасти Мельниченко, Уткин Кукушкин, Любецкий, Пергат, Гунин, Вознюк, Ляпунов.

А.Огородников виновным себя не признал. Он заявил, что правила внутреннего распорядка в лагерях противоречат принципам христианской морали, и он, как человек верующий, не считал себя обязанным их выполнять.

А.Огородников был приговорен к 3 г. лагерей строгого режима (начало отсчета срока 19 ноября 1985) с присоединением 5 л. неотбытой ссылки по предыдущему приговору.

Дело Александра Огородникова (1980, 17-1)

«N 17 – 15 сентября 1980»

4 сентября 1980 в Калининском облсуде началось слушание дела Александра Огородникова, обвинявшегося по ст.70 УК РСФСР [1979, 22-5].

Председательствовал судья Морозов, обвинителем выступал зам. прокурора Калининской обл. А.И.Калачев. Первоначально в зал суда пустили мать Огородникова, жену и отца не пустили, т.к. они были вызваны свидетелями на последний день процесса. А.Огородников держит голодовку. В день начала суда был ее 100-й день. Около суда дежурила машина скорой помощи.

А.Огородников заявил суду ходатайство о допуске в зал друзей, ожидающих у здания суда. Ходатайство было отклонено. Огородников просил отложить суд, т.к. обвинительное заключение было ему вручено всего за 8 дней и он не успел с ним ознакомиться. В этой просьбе ему тоже было отказано. Затем он заявил отвод суду, который тоже не был принят. После этого Огородников поблагодарил адвоката за помощь и отказался от его услуг, заявив, что будет защищать себя сам. Адвокат удалился. Одновременно судья удалил из зала и мать Огородникова, якобы за “нарушение порядка”. Более мать в зал не допускали.

Главным пунктом обвинения А.Огородникова, по-видимому, является издание им журнала “Община”. В числе вызванных свидетелей знакомые Огородникова по ВГИК (Института кинематографии), где он некогда учился, участники созданного Огородниковым религиозного семинара, в том числе В.Пореш, В.Попков, О.Охапкин, Бусов, и сын Т.Щипковой Александр. Допрос В.Пореша свелся к тому, что они с Огородниковым старались каждый принять на себя главную ответственность за издание “Общины”. В.Попков [см. также 1980, 16-1] дал очень подробные показания.

Последнее слово А.Огородникова было очень эмоциональным. Он закончил его восклицанием: “Да здравствует Россия!”. Приговор был вынесен в субботу 6 сентября 1980: 6 лет лагерей строгого режима и 5 лет ссылки. А.Огородников намерен обжаловать приговор.

Дело “Общины” (1979, 22-5)

N 22 – 30 ноября 1979

Александр Огородников, который должен был освободиться 21 ноября 1979 по отбытии года заключения за “тунеядство”, на свободу не вышел. Он находится в ленинградской тюрьме КГБ, куда был доставлен для допросов по делу В.Пореша [1979, 20-18].

22 ноября 1979 мать А.Огородникова вызвал следователь Ленинградского УКГБ Черкесов (из следственной бригады по делу В.Пореша) и объявил ей, что против ее сына 15 сентября 1979 возбуждено дело по ст.70 УК РСФСР. Мать Огородникова подвергли допросу, но она отказалась подписать протокол. В г.Чистополь был допрошен отец Огородникова.

14 ноября по делу В.Пореша (дело N12) были вызваны на допрос Т.Горичева (член редколлегии журналов “37” и “Женщина и Россия”) и еще два человека. Горичева отказалась давать показания. Против нее обещали завести уголовное дело об отказе от дачи показаний.

***

О судьбе Т.Н.Щипковой приходят противоречивые сообщения.

Согласно одним данным, она привлечена в качестве обвиняемой по тому же делу, что и В.Пореш. Согласно другим данным, сообщение об ее аресте [1979, 18/19-4] было ошибочным. Если верно первое, то это значит, что дело В.Пореша переросло в коллективное дело Христианского семинара и журнал “Община”, по которому привлечено, как минимум, три человека.

15 декабря 1978 (N 3)

«Вести из СССР», 1978 г.

РАЗНЫЕ СООБЩЕНИЯ (3-1 — 3-19)

Дополнения и изменения в списке узников совести СССР (3-20 — 3-47)

3-1.

28 ноября – 2 декабря 1978 в Ереване был продолжен судебный процесс {1978, 2-12} члена Армянской Хельсинкской группы, физика и дьякона Армянской церкви Роберта Назаряна. Из большого зала электро-лампового завода, где процесс начался в середине ноября, заседания были на этот раз перенесены в маленькое помещение в здании Верховного Суда АрмССР (видимо из-за приветствий Назаряну, раздававшихся из зала). Назарян и его адвокат Юрий Мкртчян протестовали против переноса суда в другое помещение. На этот раз в зале, кроме специально подобранной публики, присутствовали восемь родственников и друзей подсудимого.

Назарян не признал себя виновным. Он заявил, что вместе с ним под судом вся Армения, что здесь судят также Хельсинкские соглашения. Известно также сообщение Назаряна, что следователи предлагали ему ” вариант Гамсахурдиа” – раскаяние и мягкий приговор, но он отказался.

13 свидетелей, выступивших на суде, дали показания, главным образом в пользу обвиняемого. Прокурор потребовал 6 лет лагерей. Суд приговорил Назаряна к 5 г. лагерей строгого режима и 2 г. ссылки. {См. исправление 1978, 4.22}

3-2.

В [1978, 2-2] сообщалось об аресте в Ленинграде студента Александра Скобова (или Строгова). Сейчас известно, что фамилия арестованного действительно Скобов и в ХТС N 40 ошибка. Дата ареста Скобова 14 октября 1978. Адрес его семьи (мать, бабушка): Ленинград, Пискаревский просп. 20 кв. 4.

31 октября 1978 был арестован другой ленинградский студент Аркадий Цурков (р. 1959). Обоим предъявлено обвинение по ст.70, 72 и 190-2 УК РСФСР. Следствие ведется бригадой КГБ, в ее составе майоры Цыганков и Суворов.

В числе вменяемых пунктов обвинения – издание и распространение самиздатского журнала “Перспективы” (всего вышло 3 номера). «Перспективы» – журнал общественно-политического характера, в котором, в частности, был опубликован (под псевдонимом) ряд программных документов. Обвиняемым вменяется также распространение ХТС, “Континента”, брошюры “Пытки в Грузии” и др. По ст. 72 Скобова и Цуркова обвиняют в создании “Революционного Коммунистического Союза Молодежи” (в 2-2 ошибочно указано, что самоназвание группы “левая оппозиция”). Их обвиняют также в намерении провести в Ленинграде 16 октября с.г. “Всесоюзную конференцию левых групп”. Обвиняемые отрицают свою вину. О предъявлении обвинений москвичу Бесову и горьковчанину Павленкову ничего не известно.

По этому делу проведен также обыск у Андрея Резникова (р. 1959, адрес: Ленинград, ул. Жуковского 23 кв. 3). Был изъят “Архипелаг Гулаг” и др. литература. Резников задерживался в

1976 в связи с событиями, упомянутыми в ХТС N40. Впоследствии был освобожден, исключен из ЛГУ и вскоре призван в армию. Сейчас он рабочий.

Незадолго до ареста Скобова и Цуркова они оба, а также Резников были вызваны в КГБ, где им было предъявлено предупреждение по Указу ПВС СССР от 25 дек. 1972 и предложено срочно подать заявления на эмиграцию. Все трое отказались, после чего и начались аресты. Вопрос об аресте Резникова,как заявляют в КГБ, может быть решен в любое время.

Обыск был проведен также у студента Александра Чистякова. Изъят только том О.Мандельштама. Обыски, не давшие никаких результатов, были у студентов ЛГУ Владимира Веретенникова, Ирины Федоровой, Лопотухиной, у выпускника школы, работавшего в Эрмитаже, Евгения Волковыского(р. 1961), а также у Хавина, в прошлом году помещавшегося в психбольницу.

На допросы также вызывались студенты супруги Виноградовы и выпускница музучилища Инна Тютюнич.

Поставлен вопрос об исключении из ЛГУ за участие в работе ленинградской “коммуны” [см. 1978, 2-2] Виноградовых и Чистякова.

Группа молодежи, вовлеченная в описываемые события, идеологически весьма неоднородна, но все они, видимо, придерживаются левых убеждений. Сообщают, что в их числе лица, считающие себя марксистами и анархистами.

Читать далее