Ограбление А.Сахарова (1982, 20/21-9)

«NN 20/21 – 15 ноября 1982»

11 октября 1982 в 16 час. А.Сахаров, находящийся в ссылке в г.Горьком, сидел на переднем сидении своей автомашины, ожидая жену, Е.Боннэр.

К А.Сахарову подошел неизвесный человек и задал ему какой-то вопрос. Что произошло после этого, А.Сахаров не помнит. Через короткое время он пришел в себя и успел заметить, что кто-то вытаскивает через разбитое стекло задней дверцы его сумку с документами. Однако, А.Сахаров не был в состоянии выйти из автомашины еще в течение нескольких минут. Он полагает, что подвергся действию какого-то быстродействующего наркотика.

В похищенной сумке находились 900 рукописных и 450 машинописных страниц его мемуаров, 6 толстых дневниковых тетрадей, паспорт, водительские права, завещание, важные личные письма и документы, сберегательная книжка, 60 руб. наличными, фотоаппарат, радиоприемник.

23 октября 1962 А.Сахаров направил письма протеста Председателю КГБ В. Федорчуку и Президенту АН СССР А.Александрову, в которых указал, что ограбление могло быть организовано только самим КГБ. А.Сахаров заявил, что в создавшихся обстоятельствах он вынужден предпринять меры к скорейшему опубликованию своих мемуаров.

4 ноября 1982 А.Сахаров был вызван в прокуратуру г.Горького, где ему было сделано официальное предостережение, “что своими публичными заявлениям, он нарушает наложенные на него ограничения, изложенные в Указе ПВС СССР (этот Указ никогда не был ни опубликован, ни показан А.Сахарову). А.Сахаров отказался подписать предостережение.

Голодовка А.Сахарова и Е.Боннэр и выезд из СССР Е.Алексеевой (1981, 23/24-12)

NN 23/24 – 31 декабря 1981

Голодовка, начатая 22 ноября 1981 А.Сахаровым и Е.Боннэр [1981, 21-6 ; 1981, 22-27], продолжалась на фоне нарастающей волны выступлений в их поддержку, как за рубежом (со стороны государственных деятелей и общественности), так и в СССР (со стороны правозащитников и, повидимому, также ряда ученых).

А.Сахаров и Е.Боннэр требовали разрешения на выезд из СССР для Е.Алексеевой, жены сына Е.Боннэр А.Семенова.

4 декабря 1981 в квартиру Сахаровых в г. Горьком вошли 8 чел. и насильственно увели А.Сахарова и Е.Боннэр. А.Сахарова поместили в областную больницу им. Семашко, Е.Боннер в областную больницу им. Канавина. Во время их содержания в больницах каждому из них говорили, что другой находится в критическом состоянии, и уговаривали снять голодовку. Принудительного кормления не применяли, но перед Е.Боннэр демонстративно раскладывали приспособления для кормления. Друзья Сахаровых не знали об их местонахождении.

4 декабря 1981 в газете “Известия” была помещена статья с нападками на А.Сахарова и Е.Боннэр и с сообщением об их госпитализации. 5 дек. пыталась выехать в г.Горький, чтобы повидать Сахаровых Е.Алексеева (она сделала это по совету Президента АН СССР А.П.Александрова, предлагавшего ей также уговорить Сахаровых “бросить это дело”). Однако Е.Алексееву сняли с поезда в момент посадки, отвезли за пределы Москвы, где высадили и запретили впредь повторять подобные попытки.

8 декабря 1981 майор КГБ И.П.Рябинин сообщил в Горьком А.Сахарову и Е.Боннэр, что Е.Алексеевой будет разрешено выехать из СССР. На следующий день супруги сняли голодовку. 9 дек. сотрудник КГБ А.В.Баранов сообщил о разрешении на выезд самой Е.Алексеевой. 10 дек. представитель АН СССР Е.Табакеев по телефону передал иностранным корреспондентам официальное сообщение о конце голодовки А.Сахарова. 12 дек. сообщение о предстоящем выезде Е.Алексеевой было опубликовано в газете “Известия”. Разрешение объяснялось тем, что родители Е.Алексеевой более “не возражают” против ее выезда.

***

12 декабря 1981 Е.Алексеева вместе с другом семьи Сахаровых Н.В. Гессе поехали в г.Горький навестить Сахаровых (разрешение на это было дано КГБ). К тому времени Сахаровых соединили в одной больнице (хотя и в разных палатах). Свидание длилось 3 часа. 16 дек. Е.Боннэр выписали из больницы по ее требованию, чтобы она имела возможность проводить Е.Алексееву. 19 декабря 1981 Е.Алексеева вылетела из СССР в США через Париж и 20 дек. прибыла в Бостон. Она сохраняет советское гражданство.

А.Сахаров и Е.Боннэр медленно оправляются от последствий голодовки. 24 декабря 1981 А.Сахаров был выписан тиз больницы. А.Сахаров заявил о возобновлении сотрудничества с коллегами из СССР, прерванного летом 1980 (тогда он заявил, что не возобновит сотрудничества вплоть до удовлетворения его требований о выезде Е.Алексеевой из СССР).

Предстоящая голодовка А.Сахарова и Е.Боннэр (1981, 21-6)

N 21 – 15 ноября 1981

Находящийся в ссылке в г.Горьком акад. А.Сахаров и его жена, член Московской Хельсинкской группы Е.Боннэр объявили, что намерены начать голодовку 21 ноября 1981 (в день начала визита Л.Брежнева в ФРГ).

Голодовка будет объявлена в знак протеста против отказа в выездной визе Е.Алексеевой, жене сына Е.Боннэр А.Семенова, проживающего ныне в США. Длительность голодовки не объявлена. А.САхаров направил письмо зарубежным коллегам с объяснением мотивов своего решения и просьбой о помощи. Он обратился также к друзьям с выражением надежды на понимание с их стороны.

15 апреля 1982 (N 7)

«Вести из СССР», 1982 г.

Суд над Иваном Ковалевым (7-1) Москва.

Массовые обыски и аресты в Москве (7-2)

Преследования баптистов (7-3)

Дело Александра Тилля (7-4) Фрунзе.

О голодовке супругов Фольмер (7-5) Караганда.

Голодовка “Разделенных семей” (7-6)

Разные сообщения (7-7 — 7-31)

7-7.

Стало известно еще о двух лицах, арестованных в Эстонии в нач. декабря 1981 за распространение листовок с призывом к всеобщей получасовой забастовке [1982, 3-1]. В г.Вильянди был арестован рабочий Валдур Ярве, а в г.Пярну – плотник Петер Куум. Им обоим, по-видимому, предъявлено обвинение по ст.68 УК ЭССР (аналог ст.70 УК РСФСР). Они содержатся в центральной тюрьме г.Таллина.

7-8.

Григорий Приходько [1980, 19-5] приговорен к 10 г. лагерей особого режима (с отбыванием первых 5 лет в тюрьме) и 5 г. ссылки. Сейчас он находится в Чистопольской тюрьме.

7-9.

Николай Павлов [1981, 8-6] приговорен судом в г.Белгороде к 5 г. лагерей строгого режима по ст.70 УК РСФСР. Сейчас он находится в мордовском лагере ЖХ-385/3-5.

7-10.

Азат Аршакян и Ашот Наварсадян [1981, 8-2] приговорены судом в Ереване к 7 г. лагерей строгого режима и 5 г. ссылки каждый (данные подлежат проверке).

7-11.

Суд над Львом Шефером и Владимиром Ельчиным [1982, 5-12] начался в первых числах апр. 1982 в Свердловске и должен был закончиться 6 апр. Обвинение обоим было переквалифицировано со ст.190-1 на ст.70 УК РСФСР. Результаты суда пока неизвестны.

7-12.

Алар Куме и Яанус Пихелгас [1982, 3-1] переведены из Института им. Сербского в Москве в одну из ПБ г.Ленинграда. По-видимому, они признаны невменяемыми.

7-13.

В конце марта 1982 в Ленинграде был проведен обыск по делу Натальи Лазаревой у художника-нонконформиста Кирилла Миллера (р.1960). Позднее был проведен обыск у поэтессы Тамары Кругловой и еще, по-видимому, не менее чем в 10 домах, но имена обысканных неизвестны. Все подвергшиеся обыску вызываются на допросы. В числе допрашиваемых также бывшие заключенные женского лагеря, с которыми Н.Лазарева находилась вместе после ее первого ареста. Следствие по делу Н.Лазаревой ведут майор КГБ В.Качкин и майор КГБ Венгеров.

7-14.

Анатолий Иванов (Скуратов), как сообщают, дает на следствии “откровенные” показания. По его делу 6 раз вызывали на допрос Л.Бородина, который, однако, отказывается от всякого участия в следствии. А.Иванову также была устроена очная ставка со свидетельницей Межеборской.

7-15.

В Ташкенте прошел обыск у кибернетика Нехемии Розенгауза (р.1945). Конфискованы все материалы, связанные с изучением иврита. Н.Розенгаузу было объявлено, что против него возбуждено дело.

7-16.

Юрий Шухевич [1982, 6-16] находился в Центральной больнице для заключенных им.Гааза в Ленинграде с декабря 1981 по февраля 1982. Ему была сделана операция на глазах. Ю.Шухевич быстро слепнет.

7-17.

Есть подозрение, что Юрий Орлов в пермском лагере N 37 заболел туберкулезом. Он жалуется на постоянную повышенную температуру и кровохаркание. Однако медобследования на этот предмет проведено не было. Врачи утверждают, что результат рентгеноскопии благоприятный.

7-18.

7 апр. 1982 по Центральному телевидению выступил политзаключенный Александр Болонкин [1982, 6-2]. Выступление состоялось в перерыве передачи хоккейного матча СССР-Чехословакия и длилось 10 мин. А.Болонкин осудил свою “диссидентскую деятельность”, сказав, что пришел к ней из-за “эгоизма и тщеславия”, и обещал “искупить свою вину перед родиной честным трудом”.

Он резко осудил также деятельность правозащитников вообще, сказав, что они являются ренегатами, которых оплачивают западные разведывательные службы. Персонально А.Болонкин назвал А.Солженицына, А.Сахарова, А.Подрабинека и И.Ковалева. Он назвал также клеветой утверждение, что инакомыслящих помещают в психбольницы. А.Болонкин поблагодарил советских следователей и суд за гуманное к нему отношение. Зрители отметили, что А.Болонкин прочел свое заявление запинаясь, не отрывая глаз от написанного текста.

7-19.

Михаил Яковлев [1981, 15-8] досрочно освобожден из лагеря.

7-20.

Владимир Клебанов выбыл из Днепропетровской СПБ. Его нынешнее местонахождение неизвестно.

7-21.

Сергей Белов [1982, 6-12] был помещен в ПБ не в пос. Богородское, а в другую ПБ по адресу: 155052, Ивановская обл., Тейковский р-н, п/о Зиново, ПБ, корп.1. Его лечащий врач Владимир Дмитриевич Шаронов, главврач ПБ – Валерий Николаевич Привалов (тел. 4-02-62, г.Иваново). С.Белова остригли наголо, у него отобрали письменные принадлежности. Ему делают уколы нейролептиков.

7-22.

Михаил Утемов [1981, 23/24-13] был освобожден из Ленинградской ПБ N 2, по-видимому, в января 1982. 15 февр. Ленинградский ОВИР принял у него документы на выезд из СССР, однако, ему было сообщено, что “отказ гарантирован”.

7-23.

Ивану Светличному сообщили, что срок его ссылки сокращен по состоянию здоровья и в середине мая 1982 он может вернуться в Киев. Здоровье его несколько улучшилось. С него сняли гипс и он может самостоятельно, хотя и с трудом, передвигаться. Он в ясном сознании, но ему еще трудно подбирать слова при разговоре.

7-24.

11 марта 1982 сотрудник КГБ Виктор Владимирович Красильников вызвал на беседу бывшую жену Владимира Тольца Анну, а 23 марта – Сергея Пестова, допрашивавшегося свидетелем по делу И.Ковалева. В.Красильников сообщил обоим, что на В.Тольца “заведено дело” и просил передать В.Тольцу, что тому следовало бы эмигрировать. В.Красильников утверждал, что, якобы, на одном из обысков была найдена “Хроника текущих событий” с поправками В.Тольца.

7-25.

М.Цивин [1982, 6-27], демонстрировавший на Красной площади 28 марта 1982, был приговорен к 15 сут. административного ареста за “хулиганство”.

7-26.

1 апр. 1982 ленинградский еврейский активист Борис Девятов (р.1959) был приговорен к 15 сут. административного ареста за “хулиганство”. Б.Девятов подвергся нападению неизвестного во время разговора из телефона-автомата. Прибывшая на место происшествия милиция подвергла обыску жертву нападения Б.Девятова, и у него было найдено письмо в советские официальные органы с протестом против преследований участников семинара по еврейской культуре в Ленинграде.

7-27.

Московские евреи-отказники супруги Ирина Сапиро и Владимир Вайль начали голодовку, требуя разрешения на выезд в Израиль. И.Сапиро голодала с 14 марта, В.Вайль сменил ее 26 марта.

7-28.

Перемежающаяся голодовка киевских еврейских активистов [1982, 6-29] началась 15 марта 1982.

7-29.

В середине января 1982 Нина Истомина, жена осужденного пятидесятника из г.Находка Виталия Истомина [1982, 6-9], начала голодовку, требуя освобождения ее мужа. Точная длительность голодовки неизвестна, но, по-видимому, она продолжалась около месяца. По уточненным данным срок заключения В.Истомина – 9 мес.

7-30.

В февраля 1982 А.Сахаров обратился в Президиум АН СССР с просьбой направить его в один из академических санаториев (в Подмосковье или в Прибалтике), чтобы восстановить пошатнувшееся в результате голодовки здоровье и провести курс лечения в связи с болезнью сердца. Обращение его осталось без ответа. На телефонный звонок жены А.Сахарова Е.Боннэр в секретариате Президента АН СССР А.Александрова ей ответили, что этот вопрос “не подлежит обсуждению”.

7-31.

24 февраля 1982 в Москве на работу к Марине Концевой, участвующей в кружках по изучению иврита и еврейской самодеятельности, явились представители КГБ и предупредили ее против участия в праздновании Пурим. В тот же день в приемную УКГБ по Москве и Московской обл. были вызваны Лев Владимирович Щеголев и Ирина Владимировна Щеголева-Якобсон. С ними беседовал Юрий Георгиевич Казарянц, также предостерегавший их против участия в праздновании Пурим. 26 февр. Ю.Казарянц вызвал с той же целью Екатерину Львовну Уманскую. Несмотря на беседы, все предупрежденные 8 марта 1982 приняли участие в праздновании Пурим.

N 8 – 30 апреля 1982…

Положение А.Сахарова (1980, 13/14-6)

NN 13/14 – 31 июля 1980

Находящийся в ссылке в г.Горьком А.Д.Сахаров отказался от дальнейших встреч с делегациями коллег-физиков, призжающих к нему время от времени для научных бесед.

Отказ вызван тем, что состав таких делегаций не определяется интересами науки, а диктуется КГБ, который произвольно назначает или отменяет их приезд. А.Сахаров указал, что как раз те ученые, контакты с которыми его интересуют больше всего, к нему не допускаются. А.Сахаров считает унизительной практику подобных делегаций.

***

7 июля 1980 А.Сахаров и его жена Е.Боннер были вызваны в почтовое отделение для телефонного разговора с Нью-Йорком.

Е.Боннер, обнаружившая, что она забыла сигареты, почти сразу же вернулась домой и нашла в квартире двух человек: одного, рывшегося в бумагах, и другого, что-то делавшего в спальне. Когда она закричала, неизвестные скрылись в комнате “соседки” Сахаровых, а затем выпрыгнули в окно. Милиционер, дежуривший, как обычно у квартиры Сахаровых, в ответ на обращение к нему Е.Боннер сказал, что “это не его дело”.

А.Сахаров направил председателю КГБ Ю.Андропову телеграмму протеста.

Положение А.Сахарова (1980, 10-6)

N 10 – 31 мая 1980

15 мая 1980 мать Е.Боннэр и невеста сына Е.Боннэр Е.Алексеева находились на Ярославском вокзале г.Москвы, намереваясь выехать в г.Горький к А.Сахарову. Когда Е.Алексеева ненадолго отошла от Е.Боннэр, В.Алексееву схватили три агента КГБ в штатском и задержали ее на час. С ней обращались грубо, подвергли обыску. Е.Боннэр уехала в Горький одна.

Е.Алексеевой было сказано, что отныне ей запрещается посещать А.Сахарова. От нее сейчас требуют также покинуть московскую квартиру Сахаровых, где она жила вместе с престарелой Р.Боннэр, ухаживая на нею. Е.Алексеева – почти единственная из лиц, не являющихся формально членами семьи Сахарова, которой разрешалось его систематически посещать, и которая оказывала семье постоянную бытовую помощь.

Р.Боннэр 24 мая 1980 вылетела из СССР в США по “гостевой” визе к своим внукам.

У А.Сахарова ухудшилось состояние здоровья. У него усилилась болезнь сердца (ишемия на фоне гипертонии). У его жены Е.Боннэр началось воспаление единственного видящего глаза, что грозит ей слепотой.

А.Сахарову регулярно приходят повестки с вызовом на регистрацию в милицию. Место регистрации находится на другом конце города (в доме, где живет А.Сахаров, расположен лишь “опорный пункт милиции”). А.Сахаров отказывается являться на регистрацию.

“Соседка” Сахаровых по горьковской квартире (“Клавдия Федоровна”) является лишь на несколько часов в день и сидит в своей комнате, открыв дверь и наблюдая за происходящим в квартире. У себя “дома” она не ночует.

Из АН СССР к А.Сахарову ежемесячно приезжают визитеры, каждый раз разные (для бесед по науке). А.Сахаров много и плодотворно работает, посылает отчеты в АН СССР, однако они не публикуются.

Положение А.Сахарова (1980, 6-9)

N 6– 31 марта 1980

Бывшая московская квартира А.Сахарова, где живут Р.Г.Боннэр и Л.Алексеева с 4 по 16 марта 1980 находилась под охраной милиции [1980, 5-7]. Иностранные корреспонденты не допускались, хотя доступ друзьям дома был разрешен.

А.Сахаров продолжает жить в г.Горьком, в одной квартире со вдовой сотрудника КГБ. Квартира ранее использовалась для агентурных встреч КГБ. Когда туда явились слесари-газовщики для мелкого ремонта, выяснилось, что квартира даже не зарегистирована в “Горгазе” и находится не в ведении городских властей.

А.Сахаров категорически отказывается являться на предписанную ему регистрацию в милиции 3 раза в месяц. Сначала он требовал предоставления ему для поездки на регистрацию полагающейся ему, как академику, служебной машины, а в случае отсутствия таковой, хотя бы тюремного “воронка”. 20 марта к Сахарову пытались применить физическую силу, чтобы доставить его на регистрацию. Сахаров воспротивился. 21 марта ему было предложено подписать протокол о его “злостном неповиновении милиции”. А.Сахаров отказался.