N 18 – 30 сентября 1980

Суд над А.Терляцкасом [1979, 21-4 и далее] и Ю.Саснаускасом [1979, 24-6 и далее], обвинявшимися по ст.68 УК ЛитССР (аналог ст.70 УК РСФСР), проходил 15-19 сентября 1980 в Верховном Суде ЛитССР.

Председательствовал зам. председателя Верховного Суда Игнотас, обвинение поддерживал зам. прокурора ЛитССР Бакучнис. А.Терляцкаса защищал адвокат Кудаба, Ю.Саснаускаса – Аперайтис. Обвинительное заключение транслировалось по радио в фойе суда, где собрались те, кто не смог попасть в зал заседаний.

Одним из свидетелей выступал бывший политзаключенный Ионас Шеркшнис, показавший, что Терляцкас предлагал ему подписать письмо о пакте Молотов-Риббентроп. Терляцкас отрицал факт подписания письма даже им самим. Из всех пунктов обвинения он признал только два – проведение одной пресс-конференции и помощь в написании письма находящейся в ПБ Пашкаускене. В ходе следствия Терляцкас вообще не давал показаний. На суде он просил о снисхождении, учитывая его возраст и семейное положение.

Саснаускас на следствии давал показания только о себе. Он отрицал клеветнический характер подписанных им документов, но признал, что они антисоветские. Он написал суду “ходатайство о помиловании” с отказом от антисоветской деятельности.

Прокурор потребовал для Терляцкаса 6 лет лагерей и 5 ссылки, для Саснаускаса соответственно 3 и 4. Суд приговорил А.Терляцкаса к 3 г. лагерей строгого режима и 5 г. ссылки, а Саснаускаса к 1,5 г. лагерей строгого режима и 5 г. ссылки. Суд вынес порицание свидетелю Андресу Тучкусу “за неуважение к суду”.

«N 17 – 15 сентября 1980»

4 сентября 1980 в Калининском облсуде началось слушание дела Александра Огородникова, обвинявшегося по ст.70 УК РСФСР [1979, 22-5].

Председательствовал судья Морозов, обвинителем выступал зам. прокурора Калининской обл. А.И.Калачев. Первоначально в зал суда пустили мать Огородникова, жену и отца не пустили, т.к. они были вызваны свидетелями на последний день процесса. А.Огородников держит голодовку. В день начала суда был ее 100-й день. Около суда дежурила машина скорой помощи.

А.Огородников заявил суду ходатайство о допуске в зал друзей, ожидающих у здания суда. Ходатайство было отклонено. Огородников просил отложить суд, т.к. обвинительное заключение было ему вручено всего за 8 дней и он не успел с ним ознакомиться. В этой просьбе ему тоже было отказано. Затем он заявил отвод суду, который тоже не был принят. После этого Огородников поблагодарил адвоката за помощь и отказался от его услуг, заявив, что будет защищать себя сам. Адвокат удалился. Одновременно судья удалил из зала и мать Огородникова, якобы за “нарушение порядка”. Более мать в зал не допускали.

Главным пунктом обвинения А.Огородникова, по-видимому, является издание им журнала “Община”. В числе вызванных свидетелей знакомые Огородникова по ВГИК (Института кинематографии), где он некогда учился, участники созданного Огородниковым религиозного семинара, в том числе В.Пореш, В.Попков, О.Охапкин, Бусов, и сын Т.Щипковой Александр. Допрос В.Пореша свелся к тому, что они с Огородниковым старались каждый принять на себя главную ответственность за издание “Общины”. В.Попков [см. также 1980, 16-1] дал очень подробные показания.

Последнее слово А.Огородникова было очень эмоциональным. Он закончил его восклицанием: “Да здравствует Россия!”. Приговор был вынесен в субботу 6 сентября 1980: 6 лет лагерей строгого режима и 5 лет ссылки. А.Огородников намерен обжаловать приговор.