Освобождение “самолетчиков” (1979, 8-4)

N 8 – 30 апреля 1979

20 апреля 1979 на основании Указа ПВС СССР, подписанного Л.Брежневым, были досрочно освобождены из заключения Анатолий Альтман, Гидель Бутман, Вульф Залмансон, Борис Пэнсон и Арье Хнох.

Срок заключения у всех них – 10 лет, так что освобождены они были на 14 месяцев раньше. Трое были осуждены на “ленинградском процессе” о захвате самолета {ХТС 17.6}, а Залмансон и Бутман на связанных с ним параллельных процессах. Никто из освобожденных не подавал прошения о помиловании.

27 апреля Бутман вылетел в Израиль самолетом через Вену. Остальные в тот же день выехали поездом.

***

В день освобождения “самолетчиков” стало известно, что сын видного еврейского активиста и отказника В.Слепака, ныне отбывающего ссылку, Леонид Слепак (р.1960) получил разрешение на выезд в Израиль с женой и ребенком. До этого он 1,5 года уклонялся от призыва в армию и подлежал уголовному преследованию.

Накануне, 19 апреля, неожиданно получил разрешение на выезд ленинградец Феликс Аронович (отказник с 7-летним стажем) и еще 6 отказников из Киева.

Описанные события произошли во время пребывания в Москве делегации из 17 американских конгрессменов, с том числе Ч.Вэника, соавтора известной поправки к закону о торговле. Вэник и другие конгрессмены имели встречу с А.Лернером и другими еврейскими активистами-отказниками, 20 апреля конгрессмены У.Грэдисон, Т.Вирт, М.Макхью и Г.Спеллман встретились с А.Сахаровым, Е.Боннэр, И.Валитовой-Орловой и И.Жолковской-Гинзбург.

***

В преддверии приезда делегации конгрессменов резко возросла еврейская эмиграция.

В марте 1979 СССР покинуло 4416 чел. (предыдущий рекорд, 4408 чел. в октябре 1973). Ожидается, что в текущем году СССР покинет 50 тыс.чел. (предыдущий рекорд, 35 тыс. чел. – в 1973). Большое число заявлений, однако, еще остаются неудовлетворенными: в 1978 число заявлений о выезде возросло до 140 тыс., по сравнению с 71 тыс. в 1977.

Дело “левой оппозиции”, 6 (1979, 8-2)

N 8 – 30 апреля 1979

Суд над Александром Скобовым [см. 1979, 7-1 и ранее], назначенный сначала на 16 апреля 1979, состоялся лишь 19 апреля. Суд постановил направить Скобова для принудительного лечения в ПБ общего типа.

***

В тот же день, 19 апреля 1979, на углу ул.Пестеля и Фонтанки был арестован Алексей Викторович Хавин [1979, 1-1, 1979, 2-6]. Он выходил из суда, где только что отказался от своих показаний против Скобова, данных на предварительном следствии. За несколько дней до этого он сделал то же самое на суде над Цурковым [1979, 7-1].

В милиции, куда доставили Хавина, его подвергли обыску, не давшему никаких результатов. Тогда его переодели, собственную одежду унесли в другое помещение, где в его отсутствие “обнаружили” в четырех местах одежды наркотики. Хавину предъявлено обвинение по ст.224 ч. 1 УК РСФСР (”Изготовление или сбыт наркотических… веществ”, максимальная санкция 10 лет лишения свободы с конфискацией имущества). Дело ведет Дзержинское районное управление милиции г.Ленинграда. Дознание осуществляет инспектор милиции Никитин.

А.Хавин (р.1959) – студент 1 курса 1-го Ленинградского мединститута. В 1977 школьником помещался в психбольницу за распространение произведений Кропоткина. У Хавина отец и 10-летний брат. 25 мая должна была состояться его свадьба с Ириной Верещака. 20 апреля невеста принесла жениху передачу. Передачу приняли, но лекарства, которые Хавину необходимо принимать 3 раза в день, вернули.

20 апреля с обыском по делу Хавина пришли к Андрею Резникову [см.1979, 7-1 и ранее]. Обыск проводили инспектор милиции Гуделайтис и Кобко. Обыск длился всего 40 мин. и ничего найдено не было.

Через три дня, 23 апреля, с обыском к Резникову пришли вторично, на этот раз руководитель дознания Никитин и инспектор Миколашников. Войдя в комнату, они сразу направились к шкафу и достали из-за него пакет, содержащий 10 г. анаши и морфина. В ходе последовавшего за этим поверхностного обыска были изъяты также записи суда над А.Цурковым. На следующий день Резникова вызвали на допрос.

***

19 апреля 1979, отбыв по 15 суток, освободились В.Павленков и Л.Кучай [1979, 7-1]. Физическое состояние обоих после голодовки крайне тяжелое (Павленков держал сухую голодовку). За день до освобождения оба они, находившиеся в разных камерах, одновременно заболели. Температура у Павленкова при освобождении 39 С, у Кучая – 38,6 С.

Невеста А.Цуркова Ирина Залмановна Лопотухина так и не получила освобождение от работы после травмы, нанесенной ей у зала суда, и вынуждена была работать больной, дабы не быть уволенной. (Исправление опечатки в номере ее телефона в [1979, 1-1]: 216 68 46).