N 6– 31 марта 1980

Бывшая московская квартира А.Сахарова, где живут Р.Г.Боннэр и Л.Алексеева с 4 по 16 марта 1980 находилась под охраной милиции [1980, 5-7]. Иностранные корреспонденты не допускались, хотя доступ друзьям дома был разрешен.

А.Сахаров продолжает жить в г.Горьком, в одной квартире со вдовой сотрудника КГБ. Квартира ранее использовалась для агентурных встреч КГБ. Когда туда явились слесари-газовщики для мелкого ремонта, выяснилось, что квартира даже не зарегистирована в “Горгазе” и находится не в ведении городских властей.

А.Сахаров категорически отказывается являться на предписанную ему регистрацию в милиции 3 раза в месяц. Сначала он требовал предоставления ему для поездки на регистрацию полагающейся ему, как академику, служебной машины, а в случае отсутствия таковой, хотя бы тюремного “воронка”. 20 марта к Сахарову пытались применить физическую силу, чтобы доставить его на регистрацию. Сахаров воспротивился. 21 марта ему было предложено подписать протокол о его “злостном неповиновении милиции”. А.Сахаров отказался.

N 5 – 15 марта 1980

26 февраля 1980 акад. Сахаров вновь обратился к властям с требованием открытого суда над ним, а также с требованием //против физического насилия над ним и его семьей.

На общее годичное собрание АН СССР А.Сахаров так и не получил приглашения. В ответ на телеграфный запрос Президенту А.Александрову 3 марта А.Сахаров получил ответ: “Поскольку Ваше присутствие в Москве во время общего собрания не предусмотрено, Вы освобождаетесь от участия в сессии. Если у Вас есть замечания по повестке дня, Вы можете представить их в Президиум в письменном виде”. 4 марта А.Сахаров сделал заявление, в котором расценивает действия Президента как произвольные и де-факто лишающие его прав действительного члена Академии.

На общем собрании АН СССР 4-6 марта 1980 вопрос об исключении А.Сахарова из АН СССР не поднимался. Известно, однако, что в заранее отпечатанной типографским способом повестке дня в последний момент перед ее рассылкой от руки были вычеркнуты два пункта: “Избрание иностранных ученых членов” и “Разное”. В пункте “Разное” обычно рассматриваются различные персональные вопросы.

***

С утра 4 марта, с началом годичного собрания Академии, милиция блокировала вход в московскую квартиру Сахаровых, где живет сейчас мать Елены Боннэр Руфь Григорьевна (р. 1900) и невеста сына Е.Боннэр Елизавета Алексеевна. Иностранные корреспонденты, приглашенные на пресс-конференцию, не были допущены в квартиру – их втолкнули обратно в лифт, когда они поднялись на этаж, где расположена квартира Сахаровых. Один из милиционеров заявил: “Мы здесь для того, чтобы охранять Р.Г.Боннэр”. Блокада квартиры продолжалась, пока шло собрание Академии.

Накануне начала блокады, 3 марта, Р.Г.Боннэр посетил представитель прокуратуры и предупредил ее, что “сборища” на ее квартире незаконны и их продолжение может привести к уголовному преследованию самой Р.Г.Боннэр.

9 марта 1980 А.Сахаров, несмотря на запрет контактов с иностранцами, дал ответ на письменные вопросы корреспондента “Вашингтон Пост” К.Клоза.

В этот же день пожилая женщина, знакомая Сахаровых, прилетела самолетом в Горький. В аэропорту она взяла такси и назвала адрес Сахаровых. Такси было остановлено милицией на полпути. Женщину высадили из такси и отвезли в отделение милиции, откуда, после короткого допроса, доставили в аэропорт и отправили в Москву.