Метка: МХГ*

Moscow Helsinki Group

Трудовой конфликт Ярым-Агаева (1979, 3-13)

N 3 – 15 февраля 1979

Член Московской Хельсинкской группы Юрий Николаевич Ярым-Агаев [см. 1978, 4-15] 18 января 1979 был вынужден уволиться из Института Космической Физики АН СССР в Москве, где он работал младшим научным сотрудником.

В сентябре 1978 ему было предложено оформить допуск к секретной работе, от чего Ярым-Агаев отказался по моральным соображениям. Тогда дирекция без его согласия, в нарушение трудового законодательства (ст.25 КЗоТ РСФСР), перевела его в другую лабораторию, не соответствующую его научному профилю. Отказ Ярым-Агаева подчинится этому переводу стал рассматриваться дирекцией как систематический прогул.

Ю.Ярым-Агаев обжаловал это решение дирекции в нарсуд Москворецкого р-на г.Москвы, который, однако, отказался принять дело к рассмотрению, т.к. любые судебные дела сотрудников “режимных” предприятий, т.е. предприятий с секретностью, должны, как оказалось, рассматриваться в т.наз. “спецсудах”.

В отличие от всех других судов в СССР (кроме военных трибуналов) состав спецсудов не избирается, а назначается сверху Верховным Судом СССР. Спецсуды обслуживаются также специальными коллегиями адвокатов, отобранных по согласованию с той же Коллегией N8 Верховного Суда СССР. Существование таких судов противоречит Конституции СССР (ст.152:”Все суды в СССР образуются на началах выборности судей и народных заседателей”) и тщательно скрывается.

Ю.Ярым-Агаеву было предложено обратиться в спецсуд N12 в г.Москве. Не желая иметь ничего общего с антиконституционным учреждением, Ярым-Агаев предпочел подать заявление об уходе.

Если он не найдет себе в ближайшее время работы, против него будет возбуждено уголовное дело о “тунеядстве”.

Дело Елены Боннэр (1984, 9-1)

N 9 – 15 мая 1984

2 мая 1984 Елена Боннэр, жена акад. А.Д.Сахарова, намеревалась выехать в Москву из Горького, где находится в ссылке ее муж. Это ей, однако, не удалось: в день, намеченный для выезда, ей было официально предъявлено обвинение по ст.190-1 УК РСФСР и предложено дать подписку о невыезде из Горького. Е.Боннэр отказалась дать такую подписку, но из Горького выехать ей все же не позволили. Устно Е.Боннэр было заявлено, что обвинение ей может быть переквалифицировано на ст.64 УК РСФСР (“измена Родине”).

В тот же день муж Е.Боннэр А.Сахаров объявил голодовку – как он заявил, “до самого конца” или до тех пор, пока Е.Боннэр не будет разрешено выехать за рубеж для лечения (у Е.Боннэр серьезное заболевание глаз, грозящее ей слепотой; она также перенесла недавно два инфаркта).

4 мая 1984 было передано по московскому радио, а 5 мая 1984 опубликовано в газете “Правда” пространное сообщение ТАСС под названием “Подоплека провокации”. Составленное в резких и грубых тонах, сообщение обвиняло Е.Боннэр и А.Сахарова в подготовке “далеко идущей операции, в соответствии с которой Сахаров объявит очередную “голодовку”, а тем временем Боннэр получит “убежище” в посольстве США в Москве… Одновременно намечалось попытаться под надуманным предлогом – состояние здоровья – организовать выезд Боннэр за границу, где она должна была стать одним из лидеров антисоветского отребья”. В сообщении говорилось также, что “в результате своевременно принятых советскими правоохранительными органами мер эта операция была сорвана”. Сообщение обвиняло в соучастии в “провокации” американское посольство, в частности 1-го секретаря Э.Маквильямса, второго секретаря Дж.Гласса и Дж.Пернелла.

Представитель госдепартамента США Дж.Хьюз в Вашингтоне опроверг сообщение ТАСС, назвав его “совершенно ложным”. Он подтвердил, что посольство поддерживало контакты с Е.Боннэр, поскольку оно озабочено состоянием ее здоровья и положением А.Сахарова, и т.к. США поддерживает “борьбу А.Сахарова за мир и права человека”. Но, заявил Дж.Хьюз, посольство никогда не предлагало Е.Боннэр убежища и никогда не толкало А.Сахарова на голодовку.

В то время ни в Москве, ни за рубежом еще не было известно о предъявлении обвинения Е.Боннэр и начале голодовки А.Сахарова. Впервые сообщение об этом было получено от знакомой Е.Боннэр и А.Сахарова математика и правозащитницы Ирины Григорьевны Кристи (р. 1937). И.Кристи 6 мая 1984 неожиданно приехала в Горький. Ее приезд застал лиц, охранявших квартиру А.Сахарова, врасплох, и ей удалось в течение трех минут поговорить с А.Сахаровым, стоявшим около дома, и с Е.Боннэр, находившейся вблизи в лоджии первого этажа. После этого И.Кристи задержали, обыскали и поместили в КПЗ.

На следующее утро И.Кристи оштрафовали на 15 р. за “сопротивление милиции” и освободили. 8 мая 1984 И.Кристи сообщила о положении А.Сахарова и Е.Боннэр иностранным корреспондентам, после чего ее телефон был немедленно отключен, а сама она посажена под домашний арест. У ее дверей стоит милиционер и в квартиру никого не пускают. Ее мужа Сергея Ефимовича Генкина на работу и с работы провожают агенты, ему не разрешают в их отсутствие говорить по телефону. 11 мая 1984 И.Кристи была доставлена в КГБ (по-видимому, по делу Е.Боннэр?). В тот же день она вернулась домой.

Квартиру Е.Боннэр в Москве продолжают охранять милиционеры, хотя в квартире сейчас никто не живет. По московскому телевидению был показан фильм о А.Сахарове и Е.Боннэр, содержащий грубые оскорбления по их адресу.

12 мая 1984 Е.Боннэр присоединилась к голодовке А.Сахарова. Более подробных сведений об их положении нет.

***

Е.Боннэр (р. 14 февраля 1923) – один из старейших участников правозащитного движения, член-основатель Московской Хельсинкской группы (группа работала с 1976 по 1982, когда под давлением властей была вынуждена заявить о прекращении своей деятельности).

По профессии она врач-педиатр. Участвовала в Отечественной войне, в результате контузии получила инвалидность (болезнь глаз – последствие этой контузии). Член КПСС с 1955 по 1972, когда она заявила о выходе из партии. Отец Е.Боннэр, зав. отделом кадров Коминтерна, был расстрелян в 1937, мать в 1937-1954 находилась в лагерях, затем была реабилитирована.